А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]

Возвращаясь к философии свободы в ее оригинальной разработке русскими религиозными мыслителями, необходимо также обратить внимание на особый интерес А. С. Хомякова к истории, в том числе истории быта, верований, языка и философии. Известно, что самоопределение славянофильства, как и его духовная притягательность, во многом связаны с призывом Хомякова изучать родную историю и «читать летописи». История, таким образом, становится для него ключом к пониманию культуры и самой философии. Разнообразие позиций по отношению к истине связана, по Хомякову, с особенностью личных путей к ней. Но эта особенность не является «индивидуальной», субъективно-отделенной от самой истины и от других путей.

Методологическая ценность данного подхода несомненна, поскольку общепринятое отношение к философии как к проблемному полю (а не хронологической последовательности сменяющих друг друга школ и направлений) не снимает проблемы «философской разноголосицы». Ведь если истина, как утверждает философия, одна, «общезначима», – то откуда берется разница позиций? Либо она результат необоснованных амбиций философов, бесконечно пересказывающих друг друга и при этом претендующих на оригинальность. Либо истины вообще нет, ее целостность – фикция нашего ума; в лучшем случае – «некий X» как регулятивный «принцип полноты знания» (Э. Кассирер), не имеющий ничего общего с действительностью существования, его экзистенциальной полнотой и целостностью.

Известное и часто воспроизводимое возражение Бердяева на данное, весьма типичное рассуждение опирается на диалектику общего и особенного, почерпнутую в работах Хомякова. Выглядит оно следующим образом. В истории философии представлены личные взгляды философов, отличающиеся своеобразным углом зрения на общие философские проблемы, так или иначе отсылающие человека к его духовной родине и проблеме отношений с ней в период современной «эмиграции» из нее. Потерянный и возвращенный рай – вот тема философии, и в этом смысле, действительно, поиски Древнего Китая и Древней Индии так же касаются проблемы спасения, как поиски Древней Греции и современной Европы[1517]. Но личный характер философской позиции не означает, что философ является ее «автором», придумывая проблему «из себя». Открытость истины, характеризующая самое ее существо как действительную данность, раскрывается в невозможности манипулировать ею, в том числе и в невозможности «придумать» ее. Потому-то «авторство» философа есть его собственный ракурс понимания. Личный, но не индивидуальный, т. е. не массовый в своем основании.