Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921
- Автор: Орлов Георгий Алексеевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-906569-03-5
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921». Краткое содержание книги:
Дневник является не только ценным источником, реконструирующим непосредственно ход боевых действий Добровольческой армии, но и содержит множество бытовых, географических, фенологических, историко-этнологических наблюдений.
Книга предназначена для профессиональных историков и всех интересующихся историей Гражданской войны в России.
28.06.1921. Относительно этого случая я говорил с очень немногими, считая это совершенно излишним. Часть публики нашей полубатареи, человек 9 офицеров, зеленых юнцов по своим понятиям, не зная в точности деталей этого инцидента, который послужил поводом к моему рапорту, и даже не зная о том, что прежде чем подать рапорт, я предлагал Гудиму извиниться, и только после того как трезвый человек не нашел в себе достаточно силы для того, чтобы извиниться в своем хулиганском поступке (из-за этого произошло промедление в один день, за что мне пришлось отвечать на суде чести), я обратился за разрешением этого случая официальным порядком, осудила меня в том, что я вынес «сор из избы» совершенно напрасно и за это человек так сильно поплатился, как разжалованье из полковника в солдаты. Если бы наказание было маленькое, то безусловно никто бы и не говорил ничего по этому поводу. Я лично считал, что поступки нужно оценивать в таких случаях с принципиальной стороны, а никак не по тем последствиям, которые не зависят от воли и желания их совершившего, – это с одной стороны. А с другой, считая себя безусловно правым во всех отношениях по отношению к Гудиму (если эта наша молодая, недостаточно развитая публика ничего серьезного не видит ни в том, что ни с того ни с сего тебя могут обругать и потом еще не хотят в этом извиниться и считают это «пустяками», то это, конечно, ее дело), находил, что объяснять ей это совершенно излишне, так как это будет ниже моего достоинства, тем более что многих из этих господ я не считал равными себе.
Офицеры 2-й полубатареи (бывшей 4-й) считали, что я иначе не мог и не должен был поступить, а в отношении Гудима были даже довольны, что его так закатали, так как подобные номера у него были уже несколько раз, и они считали его просто хулиганом, не только не офицером, да еще полковником. Прочие офицеры нашей полубатареи меня не осуждали и говорили только, что жаль, что этот инцидент не удалось ликвидировать домашним путем. Я лично перестал уже жалеть о том, что произошло, и совершенно искренне говорил, что если бы я знал наперед о таком приговоре или еще более суровом в отношении меня и Гудима, я бы всё равно, ни на минуту не задумываясь, подал бы рапорт, потому что я невероятно возмущен этим инцидентом и простить его, Гудима, не могу. Полковник барон Майдель говорил, что если этот перевод меня в другую часть и состоится, то это будет временно, на полтора-два месяца, не больше и пр.
Вечером мы с ним пошли в собрание 1‐го батальона и там здорово выпили, говорили по душам и много, не касаясь этого случая, а вообще о взглядах, отношениях уже устарелых и не приложимых в данное время в военной среде. Мне нравится, что офицер выпуска мирного времени рассуждает совсем обычно, отбросив все эти ненужные военные предрассудки и условности. Из собрания мы еле-еле добрались в палатку на свои места.
29.06.1921. Переговорил сегодня с полковником Александром Павловичем Слесаревским, как старшим нашей полубатареи. Указал ему на то, что полковник Соколов предлагает мне оставаться и уладить всё в этом отношении, я же со своей стороны прежде чем дать ему ответ, хотел бы знать, как отнеслись к этому случаю офицеры нашей полубатареи, для того чтобы потом не попасть в сложное положение, тем более что некоторые молодые считают меня неправым в том смысле, что я вынес «сор из избы» и человек из-за этого так сильно пострадал, по их мнению. Я просил его поэтому собрать общее собрание и поговорить с офицерами и точно выяснить всё в этом смысле. Он обещал мне исполнить мою просьбу и поговорить кроме того с командиром полковником Ягубовым, который жил в городе, будучи прикомандирован к артиллерийской школе на должность преподавателя, после окончания им самим курса.
Я ждал приказа по корпусу, утверждающего приговор суда чести, и рассчитывал, что если придется переводиться, то буду хлопотать либо о переходе в бронепоездной дивизион к Даватцу, либо в Алексеевский, где служит Ося Низяев, и продолжал спокойно заниматься своими делами.
30.06.1921. Даватц сегодня заявил на курсах, что он собирается пойти в артиллерийскую школу, так как ему необходимо пройти курс, тем более что ему самому надоело быть «офицером, которого нужно прятать от смотров», как он сам выразился. Поэтому ему должно быть на днях придется прекратить чтение лекций на курсах по дифференциальному исчислению. В качестве своего заместителя правлению курсов он предложил меня: других кандидатов не было, там это предложение было принято, но я пока отказывался. Во всяком случае, я его пока убедил не отказываться окончательно и, если это будет возможно, продолжать и далее читать лекции, приходя из города по субботам сюда в лагерь. На этом остановились.