Сибирская эпопея

Нефть? Никто никогда не видел здесь ее следов, как, впрочем, и газа. Берёзово даже отсутствовало в списке перспективных мест бурения, но группа Быстрицкого приняла решение там остановиться, не имея возможности добраться до изначально запланированного пункта назначения, реки Казым – небольшого притока Оби, куда не могла доехать вездеходная техника, а русло осенью было таким мелким, что баржи геологоразведочной экспедиции не могли подняться по течению, не сев на мель.

Именно поэтому группа Быстрицкого осталась в Берёзове, дожидаясь паводка, который позволил бы им добраться до места назначения. Чтобы не терять время впустую, они решили пробурить экспериментальную скважину прямо на месте, где находились, дабы было о чем отчитаться. Бригада работала вслепую, полагаясь только на свое чутье. Люди не питали особых иллюзий: из нескольких десятков скважин, пробуренных за последние годы в Сибири,21 ни в одной не были обнаружены следы углеводородов. Министерство нефтяной промышленности уже начинало выражать недовольство геологами, которые зря тратили время и выделенные им дефицитные ресурсы на разведочные работы, основываясь лишь на вере в свои убеждения. Органы безопасности снова заподозрили преступную халатность, один из чинов даже заявил, что «нефть есть везде, где ее ищут».22 Почти не веря в успех, бригада пошла по простому пути: в нарушение норм безопасности они не стали транспортировать на два километра тяжелое буровое оборудование, перенесенное с реки, и поставили вышку прямо на краю поселка, всего в нескольких метрах от крайних изб. Местные жители, конечно, беспокоились, но, как рассказывает бывшая поселковая учительница, «этот Быстрицкий знал, что делает. Это был симпатичный парень, еврей с хорошо подвешенным языком».23 Год спустя бригада все еще оставалась в Берёзове. Первое бурение, произведенное в июне 1953 года, не дало обнадеживающих результатов: наоборот, судя по последним извлеченным образцам, скважина уперлась в гранит, и геологи пали духом. Быстрицкого вызвали в окружной центр, и он временно оставил бригаду. Поговаривали, что его накажут за несоблюдение инструкций, но, судя по всему, не только – снятие бригады было не за горами. Москва устала от «сибирских капризов». Действительно, постановление от 23 июля 1953 года гласит, что в ближайшее время геологоразведочные работы на Севере завершаются, и все бригады должны сдать окончательные отчеты не позднее 15 сентября. К 1 октября работы должны быть полностью завершены.24 По-видимому, скважина в Берёзове – это последняя попытка бурения, после которой поиски на севере Сибири забросят.