Конфуций
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-1-38-788222-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Конфуций». Краткое содержание книги:
Об этом и рассказывает наша книга, поскольку в ней повествуется не только о жизни и учении великого мудреца, но и приводится 350 его самых известных изречений по сути дела на все случаи жизни. Читатель узнает много интересного из бесед Конфуция с учениками основанной им школы. Помимо рассказа о самом Конфуции, Читатель познакомится в нашей книге с другими китайскими мудрецами, с которыми пришлось встречаться Конфуцию и с той исторической обстановкой, в которой они жили. Почему учение Конфуция актуально даже сейчас, спустя две с половиной тысячи лет после его смерти? Да потому, что он уже тогда говорил обо всем том, что и сейчас волнует человечество. О благородстве, честности, добре и служении своей родине…
Сам Конфуций, кстати сказать, производил наибольшее впечатление на современников в те годы, когда он «жил на покое», занимаясь с учениками и отдавая достаточно времени физическим упражнениям.
Конфуций избрал казавшийся многим странным метод обучения, когда целые часы проводил в беседах, а не читал традиционные для любой школы лекции.
Он заставлял ученика соучаствовать в работе своей мысли, требуя от него живого сопереживания и добиваясь передачи знаний «от сердца к сердцу».
— Не поговорить с человеком, — говорил Конфуций, — с которым стоит поговорить, — значит потерять человека. А говорить с человеком, с которым не стоит говорить, — значит терять слова. Мудрец не теряет ни слов, ни людей..
Приблизительно так автора этой книги один из китайских учителей обучал гимнастике. Он никогда, подобно российским и западным тренерам, не объяснял досконально то или иное движение.
Он просто показывал его и требовал повторения, а затем проверял. Если исполнение движения его не удовлетворяло, он показывл его еще раз, и так до тех пор, пока он не считал, что надо переходить к следующему движению.
Таким образом, он пытался передать нам не форму, а дух движения. И мы на самом деле ставили себя на его место и мучительно вспоминали, что и как надо делать, поскольку движения в Тайцзицюане весьма сложные.
Поначалу это было очень трудно, поскольку никто из нас не привык к такой работе над своим телом и духом. Но со временем мы вдруг стали замечать, что тратим на освоение того или иного движения все меньше и меньше усилий.
Более того, если мы что-то забывали, то в сознании прокручивали картину с учителем и довольно быстро вспоминали, что и как надо делать.
Надо полагать, что именно таким образом работал со своими учениками и Конфуций, только указывая Путь и заставляя их доходить до сути самих.
Ведь по большому счету различие между учеником и учителем в китайской традиции заключается только в широте кругозора.
Ученик видит и знает меньше, чем учитель, он больше привязан к своему частному мнению, более ограничен и пристрастен, чем учитель.
Но в этом осознании своей ограниченности нет ничего страшного, поскольку она является вечной спутницей человека Пути.
И если чем учитель выше своего ученика, так это только тем, что он лучше его понимает необходимость учения.
И не случайно китайские мастера боевых искусств говорили, что «без учителя нельзя обойтись ни дня».
Проявляй простоту некрашеного холста, содержи в себе безыскусность необделанного куска дерева, уменьшай корысть и ограничивай желания
Красота есть во всем, но не всем дано это видеть
Учись, словно не можешь обрести и будто опасаешься утратить
Учитель необходим, потому что он есть воплощение той вечной «инакобытности», которая одна способна привести к правде.
Сознание обманывает себя, избирая более удобный и легкий путь.
Учитель ставит границу ученику, заставляет его «идти наоборот», «действовать иначе» и тем самым — постоянно взбадривает ученика, заставляет пробудиться его сознание.
Самая великая тайна заключается, быть может, совсем не в том, что где-то есть совершенное знание, скрытое от других.
Эта тайна, по словам китайских мудрецов, есть «чудесное совпадение знания и незнания, ограниченного и безграничного, внутреннего и внешнего».
Что же касается истинной мудрости, то она заключается в в умении воспринять явленное как отблеск сокровенного.
— Я, — часто повторял Конфуций, — не отношусь к тем, кто родился со знаниями. Я люблю древность и благодаря этому, проявив понятливость, приобрёл их.
А значит, учиться надо лишь одному — древности, точнее тому порядку, который существовал когда-то у предков, чтобы воспроизвести его в сегодняшней жизни.
Именно «учиться», а не «изучать». Ведь изучение предусматривает определённый метод, сложную теорию, проверку этой теории практикой.
Для конфуцианцев такое «изучение» древности было неприемлемо, человек должен был своим сердцем, своим сознанием прикоснуться к древним мудрецам. Это было чисто мистическое проникновение.
После бесед Конфуций подолгу сидел во дворе своего дома, задумчиво глядя вдаль и перебирая шелковые струны своей цитры.
И это был, быть может, главный его урок: он показывал, являл воочию, что такое безмолвие праведного Пути, что такое свобода и гармония жизни, обретаемые в возвышенном молчании.
Более того, однажды он сделал признание, которое постороннему показалось бы нелепой причудой, капризом человека, избалованного славой: