Аз есмь царь. История самозванства в России
- Автор: Ингерфлом Клаудио
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814390
- Переводчик: Павел Каштанов
- Жанр: История
Электронная книга - «Аз есмь царь. История самозванства в России». Краткое содержание книги:
Le Tsar, c’est moi Claudio Sergio Ingerflom
Когда колдун произносил заговор против монарха, он, говоря, тем самым делал; его слово самим фактом своего существования возвещало, что царь будет действовать в соответствии с желаниями заклинателя. Такое слово само по себе есть дело.
СВОЕОБРАЗИЕ СТЕПАНА РАЗИНА
Утверждая, что царевич Алексей примкнул к восставшим, Разин вновь актуализировал самозванчество, однако между ним и прежними массовыми движениями существовали важные различия. С одной стороны, он привнес новый элемент в многочисленные городские и сельские бунты (1634, 1638, 1646, 1648, 1650, 1662), ибо раньше там не звучала тема самозванчества. С другой стороны, его восстание отличалось и от мятежей времен Смуты. Эти последние проходили через три последовательные стадии. Сначала разносился слух о том, что царевич Дмитрий жив. Затем объявлялся претендент на престол. И наконец, вспыхивала смута. В интервале между распространением слуха и началом смуты должен был появиться лжецаревич. Тот же сценарий прослеживался и в других эпизодах Смутного времени: явление на публику «спасенного» царевича, которого требовали народ или казаки, было определяющим, обязательным элементом всего предприятия.
В случае Разина крестьяне восстали с именем царя Алексея Михайловича на устах: атаман звал своих людей идти против бояр, изменивших царю. В первые месяцы восстания, до сентября 1670 года, в обращениях к «черным людям» постоянно фигурировало имя царя, хотя после помянутой даты оно встречалось реже. В мае, уже после начала восстания, Разин публично выразил сомнение в случайности последовавших друг за другом смертей царицы и двух царевичей, Симеона и Алексея (1669 и 1670). Из этого он сделал вывод о необходимости мести изменникам и возвращения «свободы черным людям», повторяя известный стереотип: «Царь желает нам волю дать, но бояре тому противятся и ближних его извести хотят». Только в августе Разин объявил, что в их рядах находится царевич Алексей. При этом он по-прежнему признавал власть царя. Однако в сентябре и октябре мятежники принесли клятву верности царевичу и призвали народ молиться за него, а также за Разина и иногда за прежнего патриарха Никона, но не за царя. Таким образом, в 1670 году начало мятежа предшествовало появлению слуха о спасенном царевиче.
Во времена Смуты претендентов на царский престол представляли публично. Разин же сообщил о присутствии Алексея в рядах мятежников, но не предъявил его народу. Согласно источникам, население областей, охваченных восстанием, никогда его не видело, и ни в одном официальном документе нет упоминаний о человеке, который бы выступал в этой роли.
МАГИЯ СЛОВ
Власти утверждали, что Разин «лжет», как «в речах», так и «в прелесных письмах». «Люди в розных местех пошатались (под «пошаткой» подразумеваются легковерие, предрассудки. – К. И.): многие к ним (бунтовщикам. – К. И.) пристали». Слово-обман Разина представляло собой акт презентификации, выполняя ту же функцию, что и магический заговор, функцию, тождественную той, что описывалась и осуждалась в Уложении, поскольку подобные слова угрожали здоровью и чести царя. Было достаточно ее произнести, чтобы царевич материализовался. Слово-миф само по себе есть демонстрация. Презентифицировать Алексея через слово и было «дело». Царевич становился «делом», даже если его существование было воплощено только посредством вербального акта. Разин обогатил практику самозванчества тем, что у него царевич был явлен в двух ипостасях: он присутствовал словесно – в речи, где называли его имя, – и отсутствовал телесно.
Но почему мятежники не захотели облечь царевича в плоть и кровь? Почему в 1670 году его присутствие было необходимо на вербальном уровне, а на физическом им пренебрегли? Для кого и для чего освобождали место, делая плотскую ипостась будущего царя Алексея принципиально недоступной, недостижимой для человека? Мне представляется, что явление царевича было отложено ими на случай взятия Москвы. Подобная цель в той или иной мере прослеживается по вербальному присутствию лже-Алексея в описаниях сражений, наиболее близких к Москве.