Аз есмь царь. История самозванства в России

В процессе Смуты политическая мистификация сильно сказалась в борьбе элит. А народ научился ее использовать. С начала XVII века та сила, которую уже называли самозванчеством, стала излюбленным средством противодействия угнетению, но столь же часто и орудием в руках авантюристов. Впрочем, граница между двумя полярными вариантами часто была весьма зыбкой. Принимая в расчет лишь личные цели лжецаревичей, мы упускаем из виду интересы коллективных субъектов, которые присваивали конфликт себе и оказывали на него существенное влияние. Самозванец вполне мог преследовать личные, корыстные цели, но он не был в силах предсказать последствия своего выхода на сцену. Приведем пример социального присвоения индивидуального акта, найденный исследовательницей Валерией Кивельсон: в июне 1665 года воевода Сергей Быков, назначенный царем в Лухский уезд, отправил одного из своих людей, Щигалева, на розыск по деревням тех подданных, кто не явился в местную администрацию для выполнения задач, возложенных на уездное дворянство. По пути Щигалев встретил двух бродяг: простого служилого человека Ивана Маслова и беглого солдата из донских казаков Ивана Аксаева. Маслов прилюдно заявлял, что послан царем на смену Быкову. Москве пришлось дважды обращаться к Быкову с предписанием отправить эту парочку под конвоем в Москву, что по обычаю должно было делаться за счет местного бюджета. Во втором послании двор обвинил Быкова в «безмерной скупости», помешавшей ему послать виновных в столицу, что свидетельствовало о небезосновательности враждебного отношения к воеводе местного населения. В ответном письме Быков просил прощения и объяснял, что отправил в Москву Аксаева, а Маслов таинственным образом исчез. Жители уезда, вне сомнения, содействовали его бегству. Все луховское население, включая местное дворянство, недовольное своим положением, прекратило подчиняться Быкову и встало на сторону Маслова, утверждая, будто верит россказням пары мошенников. Неважно, подлинная это была вера или притворство: нас интересует ее функция. Каждый искал в этом свою выгоду: местное дворянство пыталось уклониться от службы, горожане и крестьяне видели в том возможность не платить налоги и увильнуть от обязанностей, возложенных на них в городе. Но поскольку их отказ затрагивал две важнейших сферы – налоги и службу, – они нуждались в благовидном предлоге. Маслов как раз такой предлог предоставил. Таким образом, народ мог какое-то время протестовать против официального порядка «назначений» и бойкотировать его, сохраняя царскую власть, представляемую Масловым.