От солнца к солнцу
- Автор: Старков Абрам Лазаревич
- Год: 1964
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «От солнца к солнцу». Краткое содержание книги:
Маршруты поездок, совершенных в разные годы, весьма различны. Но их связывает одно общее направление— от Тихого океана до Балтики. Это Командорские острова, Камчатка, Сахалин, Рудный Алтай, Урал, Жигули, Чувашия, Полтавщина, Приднепровье, Череповец, Ленинград, Рига.
Наблюдения, встречи, факты, эпизоды и размышления по поводу увиденного переплетаются в книге с картинами природы, рассказами о новой географии, экономическом расцвете страны, о величественных днях коммунистического строительства.
Книга адресована массовому читателю.
Первый раз — на Урале, в доменном цехе Нижне-Тагильского комбината. Главный инженер показывал автоматику на печах и говорил:
— Георгий Григорьевич был тут недавно. Весьма одобрил…
Он не назвал фамилии, считая имя и отчество достаточными, чтобы я понял, о ком идет речь. И, видно, оценка Георгия Григорьевича имела первостепенное значение для опытнейшего доменщика, потому что он повторил:
— Одобрил!
А уже в поездке по Украине попалась мне брошюра «Наука и техника на Днепропетровщине». На ее страницах много раз упоминался ученый-металлург Г. Г. Орешкин, который разработал оригинальную систему в доменном производстве, провел важный эксперимент, опубликовал глубокое исследование…
Георгий Григорьевич Орешкин, Герой Социалистического Труда, лауреат Государственной премии (а теперь и Ленинской), о котором я слышал на Урале и прочел в книге, — директор Металлургического завода имени Дзержинского. Я сижу у него в кабинете.
Директором он третий год, а до этого-главным инженером пять лет. Но вообще-то вся жизнь — с этим заводом, все пятьдесят три года. Потому как родился почти на заводской территории и в «бабки» с дружками всегда под заводским забором играл. Рабочим человеком ступил на заводскую землю семнадцати лет. Пошел бы и раньше, но сразу после революции Металлургический стоял на консервации. Отец — огнеупорщик, обжигавший кирпичи для печей, собирался взять к себе в подручные. Захотел в слесари. А работая по ремонту, «пошатался во всех цехах» и больше всего понравились домны. Как объявили набор в открывшийся при заводе техникум, подал на доменное отделение. Вечернее. Учеба затянулась: техникум преобразовали в институт, добавили два года. Тогда было так: в институте преподавали только заводские инженеры. Не жаловались на перегрузку, справлялись. И учили тому, что действительно нужно производству. Неплохо бы хоть отчасти возродить эту традицию… Получил диплом инженера. А потом чередовались цех и лаборатория, лаборатория и цех. Вот и разделились интересы между ними. Работал в лаборатории — то и дело бегал в цех, назначали в цех — не забывал про лабораторию.
Он никогда специально не настраивал себя на науку. Это возникло в нем как внутренняя необходимость, как потребность. У него 40 печатных научных работ, И авторских свидетельств, как у изобретателя. Все его изыскания, все изобретения родились на заводе и для завода. Предположим, сидел бы он научным сотрудником в НИИ. К чистой теории у него никогда не было влечения. Да и есть ли «чистая» теория в доменном деле? Все равно нужно было бы искать какие-то связи с производством, куда-то ездить. Так не лучше ли «сидеть» на заводе и «ездить» в науку? Все это не означает, что избранный им путь обязателен. Он просто сочувствует тем деятелям науки, которым приходится искать базу для своих исследований, где-то что-то внедрять. У него «база» под боком и внедрение всегда идет рядышком с исследованием и даже подгоняет его…
Вот ведь как было с кандидатской? Говорят, два доменщика— три мнения. Особенно яростно спорят они о профиле домны. Все соглашаются, что надо его, этот профиль, менять, но как — пока не договорились. Орешкин (я передаю это, конечно, в примитиве) за то, чтобы доменная шахта была ниже, но шире. Во всяком случае, обязательно шире. Чтобы лучше взаимодействовали между собой шихта и газовый поток. Противников у Орешкина хватало, и он решил спорить с ними не статьями, а домной! Благо у него имелась такая возможность, как у начальника доменного цеха. Воспользовавшись капитальным ремонтом, он изменил на одной из домен «рисунок» шахты, поставив холодильники не горизонтально, а вертикально. Шахта стала шире. Домна великолепно работает вот уже более десяти лет. И каждый раз в капитальный ремонт переделывают по ее подобию и шахты других домен… Спор по поводу профиля продолжается. Но у Орешкина теперь в руках солидный аргумент — многолетний опыт цеха, который зафиксирован в его кандидатской диссертации…
Я со страхом поглядываю на часы. Как интересно слушать этого человека, которого, не боясь патетики, можно назвать сыном завода… Глядит на часы и Георгий Григорьевич. Поднимается из-за стола. В 10.00 ждут его в доменном. Осталось пять минут. Как раз столько, чтобы дойти до цеха. Выходим вместе. В приемной он говорит секретарю:
— Позвоните, пожалуйста, в новопрокатный. Я буду у них в одиннадцать.
На лестнице я о чем-то спрашиваю его. Отвечает рассеянно. Мысли его уже там, в доменном.
Про Кривой Рог, про то, как он возник, у меня записана легенда со слов Филиппа Ивановича. У вас, возможно, сложилось мнение, что он, Бойко, интересуется только своей Полтавщиной. Я должен в таком случае развеять это заблуждение: он про всю Украину все знает! И услыхав, что я собираюсь в Кривой Рог, снабдил меня соответствующей «байкой». Сам-то он утверждал, что это исторический факт. Но я думаю — легенда.
В семнадцатом будто бы веке поселился у слияния двух речек — Саксагани и Ингульца — запорожский казак по прозвищу Рог. Был он храбрый рубака, потерял в боях глаз. Уйдя на покой, Рог широко раскрыл двери своей хаты для друзей-запорожцев.
— Ты куды, козаче? — спрашивали у сечевика, собиравшегося в путь.
— Подамся до кривого Рога, — отвечал он.
— Де був? — допытывались у того, кто возвращался на Сечь.
— Був у кривого Рога.
Потом рядом с хатой старого казака появилась другая, третья…
Может, так и было, может, не было. Но как объяснить иначе название города? Он не похож на кривой рог — он прямой.
По-разному выбирают себе города место на земле, по-разному укладываются. Одни, подобно Архангельску, жмутся к реке, боясь на шаг отступить от нее. Иные, вроде Алма-Аты, уютно устраиваются у подножия горы. Улицы третьих — Уфы, скажем, — располагаются амфитеатром по склонам возвышенности. Но почему Кривой Рог, избрав для себя холмистую степь за Днепром, вытянулся длинной узкой лентой, а не раздался вширь?
Так лежит под землей руда, и город как бы повторяет собой форму ее залегания. Рудники, возникая вдоль месторождения, обрастали поселками, которые, связываясь между собой единой прямой магистралью, превращались постепенно в большой растянувшийся на десятки километров город.
Он однолюб, Кривой Рог. Другого такого я не знаю. Разве что Петропавловск-на-Камчатке схож с ним по характеру. У того страсть — рыба, у этого руда. Он и с виду под цвет руды. Серый? А она не серая, она розоватого оттенка. И дороги, дома, даже небо тут подернуты розоватинкой. В этом городе все подчинено, служит руде. Пробыв в Кривом Роге день, два, вы уже тоже поклоняетесь этой богине.
Хотя она и богиня, но потребности у нее самые земные: руда не прочь обогатиться!
Обогащение бывает всякое. Есть стяжательство — порок, пережиток. Есть обогащение благородное — знаниями, опытом. Обогащение руды тоже благородный процесс.
Кривой Рог всегда был известен богатыми рудами, в которых много железа. Их можно прямо из рудника в домну. Но такие руды уходят все глубже и глубже, то есть человек берет их все больше и больше, и они, естественно, «уходят» от него вниз. А чем глубже лежат, тем труднее, понятно, их доставать. Да и запасы хоть громадны, а все же не беспредельны.
Но Криворожье богато и бедными рудами. Богато бедными… Звучит парадоксально, зато точно. Это богатство трудно переоценить. А до недавней поры его совсем не ценили, не принимали всерьез. Попирали ногами, ходили по нему: бедные руды лежат чуть не на поверхности земли, под малым ее слоем. За ними не надо лезть глубоко в шахту, они сами «лезут» в руки, в ковши экскаваторов. Жаль, что в первозданном своем виде эти руды не годятся к употреблению, так невелик в них процент железа. Оно перемешано с чуждыми для домны элементами, с пустой породой. Можно при желании и такую руду в печь. Да каков будет чугун?!
Бедную руду перед отправкой на завод надо сделать богатой, не беднее той, что на глубине. Обогатить! Что это означает? Добавить чего-нибудь? Наоборот, отобрать. Отобрать породу, примеси. Очистить руду от плевел. Сконцентрировать железо, повысить его процент в руде. Это обогащение в смысле очищения!