Бумажный дворец [litres][The paper palace]

– Приятного мало. Не могу винить своего пацана. – Уитмен покачивается на ножках стула. – Кстати, говоря о вредителях, олени в этом году совсем достали. – Он поворачивается к Конраду: – Знаешь, что это означает, молодой человек?

Конрад качает головой.

– Завтра вечером едим оленину.

У Конрада на лице написан ужас. Уитмен ревет от смеха.

– Конрад не любитель экзотической еды, – говорит Лео, отрывая себе еще кусок хлеба. Его борода уже вся в крошках. – Дай ему волю, он жил бы на одних чипсах и конфетах.

Я кладу в рот большой кусок жаркого.

– Попробуй, Конрад.

– Уже попробовал, – отвечает Конрад. – Очень вкусно.

– Нет, не пробовал. Ты только ковыряешься в тарелке.

– Ябеда, – выплевывает Конрад.

– Врун.

– Дебилка.

Тайсон застыл, словно пытаясь стать невидимым.

– Ничего страшного, – сглаживает обстановку Уитмен. – Я до двенадцати лет не ел ничего, кроме яичницы. Приготовлю завтра спагетти с фрикадельками. И нет, молодой человек, я не убивал корову. И кстати, если захотите погулять по лесу, обязательно наденьте что-нибудь ярко-красное. У меня проблемы с браконьерами, они пробираются на мою территорию не в положенный сезон поохотиться на оленей.

– Ненавижу охотников, – говорю я.

– Ну, я ничего не имею против, когда они просто добывают себе ужин, – пожимает плечами Уитмен. – Но эти люди охотятся забавы ради. Никаких моральных устоев. Оставляют бедных животных истекать кровью. Даже не делают последний выстрел в голову. Позор. Мои собаки находят туши в лесу. Потом возвращаются с запекшимися от крови мордами.

– Меня сейчас вырвет, – морщится Конрад.

– Конрад. – Лео смотрит на него так, будто вот-вот взорвется.

– У нас была собака, когда я жила в Гватемале в детстве, – говорит мама. – Она залезала в курятник и откусывала курицам головы. Садовник ее застрелил.

– Гватемала? – Уитмен, вздернув бровь, подливает ей вина в бокал.

– Моя мать перевезла нас туда, когда мне было двенадцать.

– Почему в Гватемалу?

– Неудачный развод. И прислуга там дешевая. В те годы можно было найти приличную кухарку за восемь центов в час. Нанетта привыкла к хорошей жизни. Но она ненавидела Гватемалу всей душой. Думала, что на нее в любой момент нападет крестьянин с мачете.

– Она все еще живет там?

– Она умерла несколько лет назад. Не от удара мачете. Мой брат Остин так там и остался. Женился на местной девице. Ненавидит США. Думает, что мы тут все дикари. – Она, смеясь, опустошает бокал. – Он орнитолог. Попугаевед, можете себе представить.

– Я люблю попугаев, – тихо говорит Тайсон.

После ужина Уитмен ведет нас по почти вертикальной лестнице на просторный чердак с балками под высоким потолком. Прямо на полу постелены три матраса.

– Я оставлю свет в ванной внизу, – предупреждает он. – Не хочу, чтобы кто-нибудь из вас оступился в темноте. Надеюсь, никто не боится летучих мышей.