Бумажный дворец [litres][The paper palace]

А за огородом тянутся кукурузные поля до самого подножия холмов, на склонах которых вздымается к розовеющему небу темный лес. Натянув свитер, я прохожу через картофельное поле, граничащее с кукурузным: над почвой витает мускусно-сладкий запах.

Потом иду по широкой тракторной колее, разделяющей море кукурузы надвое. Стебли тянутся по обеим сторонам от меня, как деревья по обочинам дороги. Я прислушиваюсь к их шелесту, их шепоткам. И мечтаю забыть ночной шепот мамы.

Я иду уже почти час, когда дорога резко поворачивает, и останавливаюсь на повороте как вкопанная. Посреди колеи в десяти метрах от меня стоит огромный олень. Такой же, как отец Бэмби, с гордо возвышающимися на голове рогами, похожими на голые деревья зимой. Он смотрит прямо на меня, и я смотрю на него в ответ, мысленно заклиная не убегать. И тут раздается выстрел. Его глаза изумленно распахиваются, и он падает. Из раны на шее брызжет кровь. Он лежит там в печальной тишине. Что-то шевелится в кукурузе, мелькает дуло ружья. Я отступаю в густую зелень, прячась от глаз охотников. На дорогу выходит Тайсон. У него пустой сомнамбулический взгляд. Опустившись на землю, он ложится рядом с умирающим животным. Он выглядит таким маленьким рядом с ним, совсем ребенком. Тайсон, не мигая, смотрит в глаза оленя, пока жизнь в них не угасает. Потом, поднявшись на колени, он наклоняется и мягко целует мертвого оленя в губы – жест одновременно трогательный и ужасающий. Я резко охаю, и Тайсон слышит. Он вскакивает, передергивает затвор.

– Тайсон, стой! – Я выхожу из своего укрытия.

Мгновение он смотрит на меня, а потом, прежде чем я успеваю что-то сказать, исчезает. Я смотрю, как колышутся за его спиной верхушки кукурузных стеблей.

Вернувшись, я вижу в огороде Конрада с Уитменом. Конрад помешивает что-то в ведре с водой, а Уитмен сыплет туда какой-то темно-коричневый порошок. Тайсон стоит рядом, на носке его сапога пятнышко крови.

– Доброе утро, Элла! – окликает Уитмен, когда видит меня. – А мы все гадали, куда ты делась.

– Гуляла по кукурузному полю.

Тайсон внимательно наблюдает за мной. Всю дорогу обратно я пыталась понять, чему только что стала свидетельницей, зачем он совершил такую жестокость. Представляла, в какой он, должно быть, агонии, какой гнев чувствует из-за того, что убийца его матери разгуливает безнаказанный. Однако то, что я видела, было больше похоже на акт любви, нежели неправильно адресованной мести.

Уитмен протягивает мне ведро.

– Не поможешь это разбрызгать?

– Ну и вонь, – морщусь я. – Что это?

– Засохшая коровья кровь. Отпугивает оленей и кроликов. Они тоже не выносят запах. Всего капельку на каждое растение. Много не нужно. Надеюсь, вы проголодались. В духовке полно бекона. И яйца были еще теплые, когда я собирал их в курятнике.

Мы с Конрадом помогаем Уитмену обрызгать кровью урожай, а Тайсон наблюдает со стороны, стоя возле грядок с салатом и огурцами. К тому времени, как мы заканчиваем, вся жизнь в огороде Уитмена пахнет для меня смертью.