Ракетное утро России (СИ)
- Автор: Матвиенко Анатолий Евгеньевич
- Язык: русский
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Ракетное утро России (СИ)». Краткое содержание книги:
А ведь о разговоре под Лейпцигом придётся рассказать Элизе. От решения – выдать шпиона или промолчать – зависит будущее их обоих. В конце концов, это она… Точнее – люди, с которыми она якшалась, именно им Георгий обязан переездом в Германию. И появление типов вроде Клауса тоже должны были предусмотреть.
Но дамы-репортёра дома не оказалось, уютный коттедж на окраине Рюссельхайма, с пейзажным видом на Майн, был заперт и пустовал. Его навещала лишь прислуга.
Георгий пропустил три дня, с каждым днём всё более усложняя для себя задачу объяснить полиции, отчего сразу не сдал агента властям.
Потом примчался Дорнебергер. Клаус встретил его с поезда. По прибытии на Ракетенфлюгплац директор буквально вцепился в Георгия, прямо у проходной инженерного здания:
- Я подписал контракт на поставку десяти боеготовых «Кондоров» не позднее мая! В Берлине знают – англичане о чём-то договорились с русскими. Сами воевать не хотят, но открыли огромный кредит, сейчас в Россию хлынет британская помощь – танки «Виккерс», аэропланы, винтовки, пушки, боеприпасы! Лягушатники бряцают оружием и ждут момента вцепиться нам в холку, если ослабеем на востоке. Юрген! Дорогой мой Юрген! От нас зависит судьба Рейха. Кровь в носу… Как говорят русские?
- Хоть кровь из носа, - машинально подсказал Георгий.
- Вот-вот! Эти варвары порой очень красочно выражаются. Мы все тут кровью изойдём, но «Адам Опель» выполнит контракт и получил следующий!
Канцлеру срочно потребовалась оч-чень длинная дубинка, чтоб дотянуться ей до Лондона и Парижа. Чтоб над европейскими столицами проносились пусть немногочисленные, но чрезвычайно совершенные аэропланы. Быстрее и выше их истребителей, выше заградительного артиллерийского огня. Чтоб как в предыдущую войну, люди на берегах Сены и Темзы не могли ночью уснуть в страхе, что с неба упадёт неотвратимая смерть! Тогда бывшие страны Антанты раздумают помогать Петрограду, а уж один на один Рейх справится с Россией. По крайней мере, Эрхард был в этом убеждён.
- Юрген! Малый «Кондор» отставить. Нужно отшлифовать этот. Пока – на импульсной тяге, но чтоб всё работало как часы – управление, вооружение, подача кислорода на большой высоте. Как только ресурс турбин доведём хотя бы до двадцати часов, у Германии появляется реактивный бомбовоз… И русские будут сговорчивее, если узнают – мы в любую минуту разгромим Зимний дворец или Кремль. Родина и канцлер смотрят на нас!
Краем глаза Георгий перехватил взгляд Клауса. Тот слышал разговор. Через считанные часы донесение будет в Петрограде, если тотчас не сообщить в полицию или даже просто в охрану «Опеля».
В обычно невыразительных глазах шпиона на долю секунды мелькнул упрёк, потом Клаус погрузился в свое привычное равнодушие.
Георгий успел прочитать: «Вы ручались, что «Кондор» не успеет на войну».
Да, быть может – успеет.
И что теперь?
Глава седьмая. Зим нее испытание
Сергею и раньше приходилось выступать перед множеством людей, когда занимался атлетической гимнастикой в питерском училище. Но тогда – ты член команды, все движения выверены. Всего-навсего требуется, чтоб показал выученное на тренировке.
В огромной аудитории на него уставились сотни глаз. Треть собравшихся принадлежала к прекрасной половине российского населения. Как и молодая преподавательница с удивительно милым лицом.
Он вспомнил, где её видел – в первый приезд, когда из вагона выгружались гробы.
Вдова отнюдь не напоминала убитую горем. Разве что на кармашке белоснежной кофточки виднелся крохотный чёрный бант, похожий на узелок шнурка – вот и весь траур.
Она церемонно проводила гостя на трибуну, представила, отчего тот смущённо покраснел. С орденской лентой на кителе и шрамом от осколка над бровью он чувствовал себя чересчур картинным героем.
- …Сейчас его благородие господин старший лейтенант артиллерии расскажет, как он в одиночку уничтожил самый большой германский танк, - закончила преподавательница.
- Прошу простить, - окончательно выбитый из седла, Сергей с трудом управлялся со словами. Куда делся одесский шалопай, что без тени замешательства воскликнул бы: «та я вас умоляю, шо с того танка, смех один»? Раньше было позёрство, за которым прятался робкий мальчик из хорошей семьи, сейчас защитная маска сброшена. Усилием воли приглашённый герой вернул себе контроль над речью. – Вынужден поправить вас, сударыня. В русской армии восстановлено обращение «господин» к офицерам, генералам и адмиралам, но без всяких благородий и превосходительств. Мы же всё-таки республика, без сословного неравенства.
- Понятно! – молодая женщина, привыкшая к массе студентов за партами, ни на йоту не смешалась. – Скажите лучше, страшно было, когда с канистрой бросились на это чудище, вскарабкались на броню?
Офицер пожал плечами.
- Если честно, страшно было в окопе – вдруг наедет и раздавит. А уж когда на броню взобрался, другая забота была – не сверзнуться под гусеницы и канистру не обронить. Но руки дрожали, часть бензина вылил на себя и загорелся как рождественская свечка.
- Больно, наверно? Шрамы, поди, остались?
Сергей хотел ответить, что кислотный ожог на шее заметней будет, но успел сжать зубы и не дать словам сорваться с языка. О ракетных делах говорить строго-настрого запрещено. Он – заурядный артиллерист. Даже слово «инженер» из звания выброшено.
Поэтому ещё добрый час травил пушкарские байки. Студентам особенно понравился рассказ про зайца. Он невыдуманный был. Две батареи дивизионных трёхдюймовок упражнялись в стрельбе прямой наводкой на полторы версты. Глядь – по полигону заяц нарезает. Штабс-капитан орёт благим матом, командиры расчётов и наводчики – ноль внимания на него, десять орудий начали только по зайцу шмалять. Про мишени забыли.
- Поле изрыли, будто картошку экскаватором копали, - закончил рассказ старший лейтенант.
- А заяц? – спросила преподавательница, слушавшая басню с открытым ртом.
- Как был – так и ушёл косой.
Зал облегчённо зашумел. Всем почему-то стало жаль ушастого, едва не погибшего в неравном бою с десятком артиллерийских орудий.
На прощание дама-педагог протянула узкую ладошку. Серёжа задержал её на полсекунды, хотел даже сказать: вернусь с фронта – обязательно навещу. Но промолчал. Она уже дождалась одного, в ящике. Пока война не кончится – никаких амуров.
- Ольгой меня зовут, - она сама назвала своё имя. - Ольга Медынская. Дай Бог вам не получать больше отметин…
Об этой лекции и нежном пожатии женской руки он думал в поезде, уносящем через белые заснеженные поля к Брест-Литовску. Там снова будет наступать егерский полк, и Сергей опять напросился к ним.
Ручные ракетомёты в войсках что-то не прижились. Он ехал, чтоб совершить упущенное летом – опробовать мотовилихинское изобретение в бою, понять, что с ним не так.
Полковник Никаноров встретил Королёва как выходца с того света.
- Выжил-таки! Мы и не верили. Как тот панцер рванул, аж башню сорвало, совсем другой настрой у людей. Целые пушки собрали в батарею, расстреляли всю германскую сволочь.
- А второй? – ракетчик выбрался из медвежьих объятий старого офицера и снял шинель, стряхнув на дно блиндажа остатки снега.
- Анекдот! Ввалился гусеницей в траншею и застрял. Башню, видать, перекосило от крена. Мы только перед ним не показывались, чтоб не пострелял, а как остальные железки укатили, обложили мерзавца хворостом и давай поджигать. Сделали им Жанну д'Арк с Джордано Бруно. Как тараканы выскочили, ети их мать! Ну и наши вконец оживились. Резервы поспели, гнали их до самых Баранович… Впрочем, вы, небось, знаете. А возле первого обгорелого панцера ваше тело искали – не нашли. Думали – отвоевался лейтенант, на куски порвало.
- В тот раз, видать, не суждено было умереть.
- Вот больше и не искушайте судьбу. Довольно дёргать смерть за нос. Вот найду я вам добровольцев, им расскажете, как правильно с ракетомётом воевать.