Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Янтарь они хотели сразу отвезти в Гданьск, да Флориан воспротивился. Серьезный разговор получился как раз у дома этого Флориана, и тут черти принесли Терличака. Подслушал, мерзавец, и своей доли потребовал, а то донесет кому положено. Пришлось брать и его в долю. Разделили трофей и наконец на машине двинулись в Гданьск. И вот тут, на дороге, и случилось самое страшное. Остановил их этот подонок, эта вошь ползучая... А как не остановиться, пушку на них навел. Слышал, падла, все их ссоры и дележ, все на пленку записал, начиная с самого убийства и кончая торговлей с Терличаком. И всех зашантажировал, ублюдок, и отобрал лучшие камни, в отдельной торбе лежали, так он, мразь, сам вытащил торбу из багажника, знал какую. Одной рукой тащил, другой из пушки целился.

В этом месте я могла бы внести поправку — никакая не пушка, просто пугач, детская игрушка. Любил сладкий песик такие забавы.

Я представила себе душевное состояние мерзавцев. Напрасно столько риска, столько труда, не только не разбогатели, так еще и должны платить, иначе посадят. И Терличака теперь хорошо понимала.

И в таком напряжении банда преступников продержалась три года. Орешнику приходилось молчать, ведь он боялся Франека, этому страшному человеку ничего не стоило бы и его прикончить. И только теперь, когда кто-то разделался с Франеком, он может признаться. Ведь он лично ни в чем ни сном ни духом... Ах да, и в самом деле расспрашивал тетку о том, что опасно есть человеку с больной печенью, но ведь о себе тревожился, о собственной печени, она уже пошаливать начала. Да и компаньоны попросили, у них тоже с печенью неважно, вот он и раздобыл несколько рецептов, у него были возможности, а у них нет. Угощение готовилось вымогателю? Нет, не знал, откуда ему знать? С ним не делились, ведь он, Орешник, такой, на преступление не пойдет.

А как заманили шантажиста — с удовольствием расскажет. Франек заманил, пообещал за золотую муху пять тысяч зелеными, в ту пору бешеные деньга. В портфеле у него эти пять тысяч на всякий случай были приготовлены. Все провернули честь честью, обменялись, а вымогатель концы отдал. Валтасар забрал портфель и был таков, но куда делись записи — никто не знает, они потом всю квартиру шантажиста поганого перевернули, не нашли. Янтарь продавать опасались, потому как тот гад мог на этот случай какие-то меры принять...

— Записи в полиции, — пояснила в этом месте Аня. — Твой Драгоценный анонимно переслал. Но точно установлено — он. Не напрасно крутил роман с Идусей...

— Интересно, где же он их разыскал?

— Боюсь, этого мы не узнаем, ведь Идуся о них и понятия не имеет. Но давай дальше послушай об Орешнике.

Полиция, естественно, поинтересовалась, почему же он, если такой честный, когда обнаружили трупы, ничего не сообщил властям, ведь не мог не догадаться, чьих рук дело. Ну, во-первых, потому, что тогда и его бы прикончили, а во-вторых, кто поверит, что он и вправду ничего об убийстве не знал? А тут еще припуталась эта идиотка, вдова отравленного вымогателя, она не только умудрилась увидеть янтарь, так еще тоже заявила — не отдаст за здорово живешь. Пришлось надавить на глупую бабу, вырвали у нее дымку, только рыбку оставили, пусть подавится. Он, Орешник, всегда считал — надо дело обставить по закону, все оформить путем, ведь у убитых оставался ребенок, так с этим ребенком тоже порешить путем... Ну, договориться, если дитя малое — с его опекунами, чтобы легальную бумагу иметь, тогда и продать янтарь безопасно. Кто докажет, что раздобыт преступным путем? Терличак? Так у самого рыльце в пушку. А больше никто ничего не знает. Это только сейчас выяснилось, что многие знали, многие догадывались.