Популярные очерки о российских императорах
- Автор: Камозин Эдуард Эдуардович
- Год: 2010
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-17606-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Популярные очерки о российских императорах». Краткое содержание книги:
Книга написана предельно простым, доступным языком и читается как увлекательный роман. Она будет интересна широкому кругу читателей — от любознательных подростков до убеленных сединами любителей истории.
Еще в середине 90-х гг. XVIII в. вокруг Александра сложился небольшой кружок друзей-единомышленников. Это были В. П. Кочубей, князь А. Чарторыский — богатый польский вельможа на русской службе, граф А. С. Строганов — сын одного из самых богатых и знатных людей того времени и, наконец, двоюродный брат Строганова Н. Н. Новосильцев. В этом кружке «молодых друзей цесаревича» обсуждались пороки павловского царствования и строились грандиозные планы на будущее.
Переворот 1801 г. и смерть Павла поставили Александра в крайне сложное положение. С его чувствительностью, романтической верой в справедливость и законность, он не мог не воспринять происшедшее как трагедию, омрачившую начало его царствования. При этом, если бы он получил власть законным путем, руки у него были бы в достаточной степени развязаны. Теперь же он оказался в зависимости от тех, кто добыл ему трон и кто оказывал на него давление, напоминая о возможности нового переворота. За спиной у заговорщиков стояла партия екатерининских вельмож — влиятельная, многочисленная, с сильными семейными связями. Главным для этих людей было сохранение старых порядков, и не случайно в манифесте Александра I о восшествии на престол он обещал: «Управлять… по законам и по сердцу в бозе почивающей августейшей бабки нашей государыни императрицы Екатерины Великия»[112].
Но было и еще что-то, что пришло к Александру после трагедии 1 марта 1801 г. Точнее всего это можно было бы назвать мистицизмом, в который Александр впадал по началу довольно редко, но с течением лет все чаще и чаще его ближайшее окружение замечало в нем истовую религиозность, часто переходящую в суеверность. Помня об этой черте императора, возникшая после его внезапной смерти «легенда о старце Федоре Кузьмиче» представляется не столь уже беспочвенной. Впрочем, до загадочных событий 1725 г. еще далеко, так что не будем забегать вперед.
Рассматривая эпоху Александра I с точки зрения проводимой им политики, его правление традиционно делят на две части: первая — либеральная, вторая — консервативная. Первую связывают с именем выдающегося государственного деятеля того времени М. М. Сперанского, вторую — с именем не менее выдающегося, но снискавшего себе весьма негативную репутацию в отечественной историографии графа А. А. Аракчеева. Водоразделом между этими этапами, что нередко в нашей истории, стала Отечественная война 1812 г. и последовавший за ней заграничный поход русской армии. Конечно, подобное деление весьма и весьма условно, все же воспользуемся им, чтобы вкратце изложить основные государственные мероприятия Александра I.
Уже через месяц после восшествия на престол, 5 апреля 1801 г. новый император подписал указ о создании Непременного совета — законосовещательного органа при государе. Члены Совета получали возможность следить за деятельностью монарха и подавать представления, то есть фактически опротестовывать те действия или указы императора, с которыми они не согласны. В Совет вошли доверенные лица императора — главнейшие участники заговора против Павла и руководители важнейших государственных учреждений. Екатерининские вельможи оказались там рядом с павловскими, и они не могли не соревноваться между собой за влияние на императора, который весьма умело использовал это соревнование в своих интересах.
Основную цель реформ Александр видел в создании конституции, гарантирующей подданным права, аналогичные сформулированным в знаменитой французской «Декларации прав человека и гражданина». Между тем, не дожидаясь создания плана реформ, в мае 1801 г. Александр внес на рассмотрение Непременного совета проект указа о запрещении продажи крепостных без земли. По мысли императора, это должен был быть первый шаг к ликвидации крепостного права. За ним должен был последовать следующий — разрешение покупки населенных земель недворянам с условием, что живущие на этих землях крестьяне будут становиться вольными. Когда в результате уже появится некоторое количество вольных крестьян, следовало распространить подобный порядок продажи земли и на дворян. При этом император был достаточно осторожен и не раскрыл всего плана даже самым близким ему людям, но уже на первом этапе ему пришлось столкнуться с бешеным сопротивлением крепостников.
Не отклонив в принципе предложение императора, члены Совета, однако, довольно твердо дали ему понять, что принятие подобного указа может вызвать как брожение среди крестьянства, так и серьезное недовольство дворян. Совет полагал, что подобная мера должна быть включена в систему законов о правах владельцев имений, которую следует разрабатывать. Иначе говоря, предлагалось отложить принятие указа на неопределенный срок. Показательно, что с этим мнением Совета согласились и «молодые друзья» Александра — Строганов и Кочубей. Единственное, чего Александру удалось добиться, стал запрет печатать объявления о продаже крепостных в газетах, который уже вскоре помещики научились легко обходить.
Важнейшим следствием этой неудачи было решение окончательно перенести подготовку реформ в кружок «молодых друзей», причем Александр согласился с их мнением, что работа эта должна вестись втайне, дабы не вызвать излишних кривотолков, а главное — крестьянских волнений, какие постоянно возникали при распространении слухов об изменении законов. Так был создан Негласный комитет, в котором принимали участие Строганов, Кочубей, Чарторыский, Новосильцев, а позднее и старый екатерининский вельможа граф А. Р. Воронцов.
Уже на первом заседании Негласного комитета выявилось расхождение в представлениях о его задачах между императором и его друзьями. Последние полагали, что начать надо с изучения положения государства, осуществить реформу администрации и уж только тогда перейти к созданию конституции. Александр желал поскорее заняться непосредственно третьим этапом.
Совет между тем выработал проект «Всемилостивейшей грамоты, Российскому народу жалуемой», который должен был быть обнародован в день коронации Александра I в сентябре 1801 г. Грамота вновь подтверждала привилегии дворянства, мещанства и купечества, а также общие для всех жителей страны права и гарантии частной собственности, личной безопасности, свободы слова, печати и совести. Одновременно П. А. Зубовым был подготовлен новый проект по крестьянскому вопросу. Согласно проекту, запрещалась продажа крестьян без земли и устанавливался порядок, по которому государство обязывалось выкупать крестьян у помещиков в случае необходимости, а также порядок, по которому крестьяне могли выкупиться сами. Третьим проектом, подготовленным к коронации, был проект реорганизации Сената: он должен был превратиться в орган верховного руководства страной, соединявший исполнительные, судебные, контрольные и законосовещательные функции.
В совокупности эти три акта представляли собой единую программу, воплощение которой могло бы весьма серьезно изменить социальную обстановку в стране, однако их обсуждение показало, что реальных единомышленников у царя практически не было. Так, члены Негласного комитета решительно отвергли проект Зубова как слишком радикальный и несвоевременный. Проект же реорганизации Сената вызвал в окружении царя целую бурю. «Молодые друзья», объединившись с прибывшим в Россию Лагарпом, доказывали Александру невозможность и вредность какого-либо ограничения самодержавия. Таким образом, люди из ближайшего окружения царя, то есть те, на кого он больше всего рассчитывал, оказались чуть ли не большими монархистами, чем он сам. В результате единственным документом, опубликованным в день коронации, стал манифест, содержание которого свелось к отмене рекрутского набора на текущий год и уплаты подушного сбора.
Другая причина неудачи этого этапа Александровских реформ была связана с разочарованием значительной части образованных людей в действенности идей Просвещения. Кровавые ужасы Французской революции стали для многих своего рода холодным душем. Революция породила боязнь того, что какие-либо перемены, реформы, в особенности — ведущие к ослаблению царской власти, могут, в конечном счете, обернуться драмой.
112
Анисимов Е. В. История России. 1682–1861 / Е. В. Анисимов, А. Б. Каменский; под общ. ред. В. В. Шелохаева. — М.: ТЕРРА, 1996. — С. 340.