Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е

Чтобы облегчить пересечение советскими пограничниками Восточной Польши и их обустройство на новых рубежах, при Политуправлении пограничных войск был создан новый журнал – «Пограничник». Его первый номер вышел всего через несколько дней после начала наступления[235]. Издание, выходившее два раза в месяц и предназначенное для внутреннего пользования, адресовалось прежде всего членам партии, комсомольцам, инструкторам и агитаторам. Его целью было способствовать политическому воспитанию и коммуникации между различными погранотрядами. Каждый номер журнала включал статью от редакции, политические новости в сопровождении самых важный выступлений, а также две более конкретные рубрики, посвященные политработе (статьи и доклады политкомиссаров и инструкторов об их работе с пограничниками) и военной учебе (описание методов ведения боя, применяемых различными отрядами, сведения об отличившихся пограничниках со схемами сражений)[236]. В конце номера размещались обзор печати и хроника жизни погранзастав – самые живые разделы издания.

Архивные материалы, связанные с созданием этого журнала, недоступны, но можно с уверенностью утверждать, что его главной задачей было обеспечить политработников пограничных войск материалами (текстами, тезисами докладов, памятками и конкретными примерами), необходимыми для поддержания идеологического контроля в этот деликатный момент. Первый номер, выход которого совпал с вводом советских войск в Польшу, открывался текстом выступления Молотова по радио 17 сентября 1939 года и его заявлением о ратификации пакта на 4-й чрезвычайной сессии Верховного Совета. Этот и несколько следующих выпусков были полны дифирамбов в адрес советско-германского пакта и договора о дружбе и границе.

До вступления Красной армии в Польшу пакт, судя по всему, вызывал меньше беспокойства среди комсомольцев и коммунистов – пограничников, чем среди представителей других профессий. Ведь непосредственные враги, угрожавшие СССР и противостоявшие советским пограничникам, оставались теми же – финны и поляки.

Но с пересечением рубежей все становилось сложнее. Какой будет реакция советских солдат, когда они обнаружат значительно более привлекательную действительность, чем предполагалось? Смирятся ли они с контрастом между пропагандой и реальностью? Как показал Ян Гросс, красноармейцы, ожидавшие увидеть в разоренной феодалами Польше полную нищету, обнаружили там если не молочные реки и кисельные берега, то полные товаров магазины. Повторяя заученные фразы о том, что «у нас все есть, у нас этого много», они с первых дней наводнили магазины, скупая на выплаченные вперед три месячных оклада колбасу, хлеб, часы и другие товары. Были отмечены случаи бегства в Румынию и Германию. Об этом свидетельствует специальный приказ, расклеенный по занятым советскими войсками селам, который запрещал продажу красноармейцам гражданского платья[237].