Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е
- Автор: Дюллен Сабин
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1073-6
- Переводчик: Э. Кустова
- Жанр: История
Электронная книга - «Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е». Краткое содержание книги:
Сабин Дюллен — историк, доктор наук, профессор кафедры современной истории России и Восточной Европы в Институте политических исследований, специалист по международным отношениям и истории Советского Союза.
Партийные работники, отвечавшие за политическое воспитание на западных погранзаставах, делали все от них зависящее, чтобы объяснить сложную международную обстановку и советскую внешнюю политику.
Приближение войны не вызывало ни у кого сомнений, и комсомольцы-пограничники в один голос говорили о своей любви к родине. Желая умереть коммунистами или надеясь на своего рода божественную защиту, они просили принять их в партию и заявляли о готовности «бить врага по-хасановски»[225]. Но какого именно врага? Это как раз и было неясно, как об этом свидетельствовали многочисленные слухи и сложная, порой противоречивая риторика, не исключавшая ни одного из сценариев. Непреложной, всеми усвоенной истиной была идея капиталистического окружения и образ «польского пана» как врага. В остальном сценарии варьировали; их лейтмотивом, однако, было представление о потенциальной угрозе со стороны Германии и идея, что Великобритания и Франция натравливают ее на СССР. В этих условиях соглашение с Берлином представлялось лучшим способом сохранить мир. Тем не менее в конце августа – начале сентября в умах царила растерянность. 12 сентября 1939 года автор донесения политотдела пограничных войск Киевского округа о политико-моральном состоянии войск сообщал:
Красноармеец Скотников М., беспартийный, призыва 1938 г., в беседе с политруком комендатуры заявил: «Мы будем выполнять договор, но если сама Германия нарушит его и втянет нас в войну, тогда берегитесь капиталисты. У нас малый и старый встанут с винтовкой в руках и отдадут жизнь за Родину»[226].
Два дня спустя пограничник 17-й заставы Баяндин в беседе с замполитрука говорил: «Англия и Франция неактивно действуют против Германии. Они хотят, чтобы Германия приблизилась к границам СССР»[227]. Накануне нападения антифашистский и антигерманский тон вновь зазвучали с особой силой. В ответ на различные декларации пограничник, комсомолец Иван Сергеев призыва 1936 года, заявил на собрании, посвященном международному положению: «Если фашистская Германия покорит Польшу, а потом пойдет на Советский Союз, то мы ее встретим как полагается»[228].
Тон советской пропаганды был намеренно двусмысленным, с тем чтобы предотвратить сопротивление войскам Красной армии, которые готовились войти в Восточную Польшу. Эта цель была достигнута, и оборонительные способности КОП в значительной мере нейтрализованы. Пребывая в растерянности, те польские пограничники, что еще оставались на восточной границе, не везде и не сразу оказывали сопротивление советским частям. Это нападение застало врасплох как правительство, так и командование польских вооруженных сил. В результате переброски сил на запад, против наступающего вермахта, восточная граница страны была защищена крайне слабо[229]. Подтягивание советских войск не обеспокоило поляков, которые увидели в этом оборонительные маневры, вызванные германской атакой. В ряде донесений даже говорилось об улучшении отношений на границе и упоминались красноармейцы, которые, проникая на польскую территорию, не стреляли, а говорили, что будут помогать сражаться с немцами[230].
17 сентября в районе полудня верховный главнокомандующий польской армии Эдвард Рыдз-Смиглы отдал войскам следующий приказ:
Советы вторглись на нашу землю. Приказываю общее отступление в Венгрию и в Румынию самыми короткими путями. С большевиками не сражаться, разве что в случае атаки с их стороны или попыток разоружить отряд. Задание обороны, стоящее перед Варшавой и другими городами, остается неизменным. В случае приближения большевиков города должны договариваться с ними о выводе гарнизонов на территорию Венгрии и Румынии[231].
225
См. многочисленные примеры употребления этого неологизма, который появился в печати в ходе кампании, сопровождавшей бои у озера Хасан в 1938 году, в: Пограничные войска СССР, 1939 – июнь 1941. С. 230.
226
Там же. С. 231.
227
Пограничные войска СССР, 1939 – июнь 1941. С. 233.
228
Там же. С. 234.
229
Prochwicz J. R. Walki oddziałów KOP na obszarach północno-wschodniej Polski // Białoruskie Zeszyty Historyczne. 2000. № 13. Р. 34.
230
Ibid.
231
Цит. по: Polskie Siły Zbrojne w drugiej wojnie światowej. London, 1959. Т. I/4. Р. 566–567 (текст приказа приводится в переводе с фр. – Примеч. пер.).