Старая русская азбука

Невозможно представить, чтобы власти United States of America или Republique Franqaise вдруг начали требовать внести в русский язык особую норму именования их государства: например, «Объединённые Государства Америки» или «Франс»… Так что же происходит с Белоруссией, Эстонией, Казахстаном, Киргизией и Украиной? Целый ряд постсоветских государств (а в смутные годы – и ряд российских национальных республик) принялись строить свою свежеобретённую идентичность не только в нехитрых схемах политических систем, но и путём «исправления» формально чужого для них русского языка. Это свидетельствует о двух простых обстоятельствах. О том, что все новейшие независимые государства по-прежнему генетически связывают свою легитимность с Россией. И о том, что их самоутверждение в пространстве интернационального и межнационального русского языка – провинциально, инфантильно и паразитично, что они исходят из клинической уверенности в том, что любой (не говоря уже о русском) язык подчинится простому бюрократическому решению горстки депутатов и щепотки чиновников.

Конечно, эти постсоветские активисты вольны препарировать свои местные версии русского языка, насыщая их локальной лексикой, доводя их до колониального пиджина, но «подогнать» весь живой русский язык под свои комплексы им, конечно, не удастся. Риторически борясь с русским «языковым империализмом», они слишком хорошо понимают весь «языковой паразитизм» своих усилий. Паразитизм, направленный на разрушение русского языка.

Русские журналисты и чиновники, по свистку из Киева начинающие – против сотен лет русского языка, против Гоголя и Шевченко, всей великой русской литературы, даже против довоенной украинской гуманитарной эмиграции – с фальшивым усердием говорить не «на», а «в Украине», хорошо понимают одностороннюю, антирусскую природу этого «языкового паразитизма». Этому «языковому паразитизму» бессмысленно объяснять, что в настоящем – не окарикатуренном – русском языке «на» указывает не только на географический (на Кубе как на о. Куба, на Украине – как на окраине, даже – на Москве), но и на государственно-политический смысл (на Гаити и, наконец, на Руси). И на той же Украине, в той же Белоруссии, в Литве и Латвии никто не ополчается на польский «языковой империализм» из-за того, что по-польски (в полном соответствии с географией и историей окраин Речи Посполитой – «кресов») «на Украине, в Белоруссии, в Литве, в Латвии» будет: na Ukrainie, na Bialorusi, na Litwie, na Lotwie. В то время как русская газета прогнулась – и стала «Комсомольская правда в Украине», трудно поверить, что польская Gazeta Wyborcza прогнулась бы также и стала бы зваться Gazeta Wyboroza v Ukrainie…