Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Тейлор Элизабет
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0446-7
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Все в жизни Элизабет Тейлор было СВЕРХ – звездная карьера с четырех лет, всемирная слава «Королевы Голливуда», «новой Клеопатры», первой красавицы эпохи с колдовскими (одни на миллиард!) фиалковыми глазами, три «Оскара», восемь браков (два из них с Ричардом Бартоном), первый в Голливуде контракт на миллион долларов, самая дорогая (продана за 200 миллионов) коллекция бриллиантов… А еще – более 30 серьезных операций, перелом позвоночника, инфаркт, рак кожи, опухоль мозга размером с теннисный мяч, алкоголь и наркотики. «Я прекрасный пример того, через что может пройти женщина и при этом остаться в живых», – признается Элизабет Тейлор в своей сенсационной книге, где предельно откровенно рассказала обо всех страстях и грехах, горестях и радостях, ролях и мужьях и которую посвятила «Памяти моего сына Майкла Джексона».
К тому моменту я уже вспомнила этого шумного валлийца, мы действительно сталкивались на какой-то голливудской вечеринке, кажется, у Грейнджера и Симмонс. Тогда он произвел на меня ужасное впечатление своей громогласностью и стремлением читать Шекспира даже тогда, когда никто не просит. Я подумала: «Черт, этот малый когда-нибудь заткнется?!»
Если он будет и в Риме донимать всех своими шекспировскими монологами, то лучше бы Манкевичу взять кого-то другого. И плевать мне на его сексуальную притягательность, пусть притягивает кого другого. К тому же со мной рядом, словно что-то предчувствуя, постоянно был Эдди.
Я столько лет снималась под маминым строгим приглядом, а теперь, будучи звездой, играть под бдительным взором мужа… Очень хотелось послать Эдди к черту или еще подальше. Я понимала, что в конце концов пошлю Фишера туда и потребую, чтобы его не было в миле от съемочной площадки! С Бартоном предстояло играть любовные сцены, мало того, что это нужно будет делать с человеком, от которого я предпочла бы держаться подальше, так еще и на глазах у мужа. Не то чтобы я стеснялась Эдди или переживала из-за его негативных эмоций, но неприятно.
В первый день совместных съемок мы встретились в костюмах и гриме. За время восстановления после трахеотомии я хорошенько отдохнула, выспалась и… прибавила лишние фунты. Но попробовал бы кто сказать, что мне это не шло!
Черт возьми, Ричард мог сколько угодно прикидываться равнодушным к моему статусу и моей внешности, но позже признался, что сильно переживал, как сложится работа со звездой, перед которой все ходят на цыпочках, платят сумасшедшие гонорары (вчетверо больше его самого!) и до небес превозносят красоту. Любые волнения Ричард привык заливать водкой, что и сделал.
Я тоже переживала, наслушавшись о его всепоглощающем обаянии, и твердо решила не обращать на актера никакого внимания, все в пределах роли, в конце концов, я профессионал. А для храбрости с утра немного хлебнула.
Ждала чего угодно, а первой эмоцией, которую испытала к Ричарду, оказалось… сочувствие. Бартона основательно корежило с похмелья, его лицо было покрыто красными пятнами, а руки просто дрожали. Ему выпить бы, но на площадке, да еще и в первый день съемок со мной Ричард не решился, попросил себе кофе. Я поняла, что он не сможет нормально проглотить принесенный кофе и просто обольет костюм, а потому держала чашку у его рта.
По-моему, потрясены оказались мы оба. Где знаменитая напористость и легендарное самомнение? Где пресловутая надменность уэльсца? Передо мной был совершенно нормальный человек, ранимый, в ту минуту даже слабый… Мало того, этот болван еще и ляпнул мне:
– Вам говорили, что вы миленькая?
Не успела я фыркнуть из-за пошлости комплимента, как Ричард добавил:
– Только малость толстовата…
Вот скажи он мне это в другой момент, в лучшем случае схлопотал бы оплеуху, в худшем – нажил врага, но Бартон, видно, осознав нелепость попытки заигрывать, будучи в похмельном состоянии, столь скорбно вздохнул, что я расхохоталась.
Все барьеры вмиг оказались разрушены. Никакой он не грандиозный насмешник, это напускное, просто защита, а сам он весьма ранимый.
Мы сидели и смеялись непонятно над чем, стало легко, словно с плеч свалился тяжелый груз. На этом и остановиться бы, но…
Дальше нас вела Судьба, до самого развода вела.
Потом Ричард решил ей воспротивиться, ни к чему хорошему это не привело.
Знаешь, Майкл, противиться судьбе опасно, но и просто плыть по ее течению тоже не стоит. Где та золотая середина, что позволила бы жить по-своему и быть при этом счастливым?
Одной сцены, одного взгляда в глаза было достаточно, чтобы я поняла – мы не сможем друг без друга. Ричард понял это позже. Знаешь, сначала он попросту раздваивался. Нет, не между мной и Сибилл, такого вообще не было, в Бартоне боролись два Ричарда, причем каждый из этих двух тоже не был однозначен. Сложнейшая комбинация из мужского и человеческого тщеславия, страсти и невыветрившихся понятий о том, как должен вести себя порядочный мужчина, вернее, муж и отец семейства, не давала Ричарду покоя ни днем, ни ночью.
Что было в этой смеси главным? Уж точно не желание сохранить добропорядочность, которой давным-давно не пахло.