Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Тейлор Элизабет
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0446-7
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Все в жизни Элизабет Тейлор было СВЕРХ – звездная карьера с четырех лет, всемирная слава «Королевы Голливуда», «новой Клеопатры», первой красавицы эпохи с колдовскими (одни на миллиард!) фиалковыми глазами, три «Оскара», восемь браков (два из них с Ричардом Бартоном), первый в Голливуде контракт на миллион долларов, самая дорогая (продана за 200 миллионов) коллекция бриллиантов… А еще – более 30 серьезных операций, перелом позвоночника, инфаркт, рак кожи, опухоль мозга размером с теннисный мяч, алкоголь и наркотики. «Я прекрасный пример того, через что может пройти женщина и при этом остаться в живых», – признается Элизабет Тейлор в своей сенсационной книге, где предельно откровенно рассказала обо всех страстях и грехах, горестях и радостях, ролях и мужьях и которую посвятила «Памяти моего сына Майкла Джексона».
Однако студия даже подала на нас в суд. Ричард от такого известия испытал нечто вроде сердечного приступа и был в состоянии, близком к истерике:
– Для меня отныне закрыты все студии, никто не пожелает связываться с актером, с которым судится Дарил Занук.
Пришлось выругаться отборными словами. Пока Бартон осмысливал мое витиеватое ругательство, я успела наорать на него:
– Плевать! Мы выставим встречный иск и покажем, что только последний придурок мог сделать фильм продолжительностью больше четырех часов, и ждать, что зрители вытерпят столько времени в креслах кинозалов, не заснув и не написав в штаны! Одни уходили, чтобы посетить туалет, другие просто не пошли в кинотеатры!
Бартон попробовал сопротивляться:
– Но Занук сделал в фильме перерыв…
– Ты бы пошел в кино, чтобы посреди фильма полчаса отстоять в очереди в туалет? Я еще привлеку этого идиота за то, что испортил мою актерскую работу, лишив таким образом возможности получить всевозможные награды.
– Ты всерьез полагаешь, что нам могли что-то дать?
– Не что-то, а «Оскаров», если бы Занук не испортил все, что снял Манкевич.
«Клеопатра» повлияла не только на наши с Ричардом судьбы, но и на всю студию. Едва успела прозвучать команда «Стоп! Снято! Всем спасибо», как началось нечто невообразимое, не идущее ни в какое сравнение с тем, что творилось на площадке. Фильм оказался немыслимо дорогим, что повлекло за собой смену руководства. На наше и всеобщее несчастье, Занук сумел не просто укрепить однажды потерянную и вновь приобретенную власть, но и выжить своего давнего соперника Скураса, которому, собственно, и принадлежала начальная идея «Клеопатры». Занук сам стал главой студии и тут же уволил Уолтера Вагнера!
Если бы Манкевич и остальные сразу пришли продюсеру на помощь, с Зануком можно было бы справиться, но все пребывали в эйфории от окончания сумасшедшего дома под названием «Съемки «Клеопатры» и защищать Вагнера никто не стал. Мы с Ричардом в том числе. Подленько? Да нет, просто равнодушно…
Если лев сожрал одну лошадь в конюшне, остальным едва ли стоит надеяться, что, насытившись, он забудет об остальных. Следующим стал Манкевич. Огромное количество отснятого материала явно тянуло на два фильма, так и нужно было бы делать. Я не режиссер, но и мне понятно, что если у тебя в руках двадцать шесть частей картины, не стоит просто брать ножницы и вырезать из каждой части половину, чтобы сляпать из них двенадцать. Стоило отобрать первые и хорошенько их смонтировать.
Занук, выгнав в шею следом за Вагнером и Манкевича, принял худшее решение, он взялся за ножницы. В корзину полетела большая часть отснятого материала, в том числе сцены, убирать которые было смерти подобно. Смерти в буквальном смысле, я говорю о смерти не человеческой, а художественной. Масштабные сцены, снятые с огромным количеством статистов и дорогущими декорациями, оказались выброшенными, туда же отправились многочисленные связки, которые хотя и удлиняли картину, но придавали ей смысл.
Занук вырезал немало сцен с Марком Антонием, оставив, пожалуй, только те, что показывали его пьяницей и развратником. Какой же дурой должна быть Клеопатра, чтобы полюбить такое ничтожество. А ведь по задумке (и отснятому материалу) Марк Антоний сильный, но запутавшийся человек, который должен сделать тяжелейший выбор между Клеопатрой и Римом, властью собственной в собственной империи и возможностью попытаться властвовать в Риме.
Испоганив и эпические сцены, и наши роли, и просто смысл написанного и отснятого Манкевичем, сократить картину до нужных размеров Занук все же не смог, она получилась невыносимо долгой и трудной для просмотра.
Я удивилась бы, имей она успех у зрителей. Пожалуй, единственное, на что все же ходили в кинотеатры – посмотреть на наряды и грим Клеопатры, я уже говорила, что четверть женщин мира разрисовали себе глаза черными стрелками и разными оттенками цветных теней. Макияж «под Клеопатру» несколько лет был самым модным украшением женских лиц. Только смена поколений и полный отказ от макияжа у молодежи в стиле хиппи заставил несколько забыть стрелки от глаз к вискам. Но глаза вокруг обводят и до сих пор.
Если это считать успехом фильма, то он был, несомненно. В остальном провал. Конечно, залы не пустовали, но чтобы окупить столь грандиозные затраты, нужен был ажиотаж, длинные очереди к кассам по всему миру и осаждаемые кинотеатры. Но мы-то с Ричардом могли не переживать, когда студия подала на нас в суд, я надавила на Бартона, и мы выдвинули встречный иск. Если честно, то Ричард все же трусил перед Зануком, он был готов выплатить требуемые 50 000 долларов, чтобы только не доводить дело до суда.