Церковь и политический идеал

В условиях светского государства каждый может выбрать любое вероисповедание, включая также право не исповедовать вообще никакой религии. В этом, по мнению указанного исследователя, и заключается коренное различие между атеистическим государством и светским. Последнему нет никакого дела до мировоззренческих позиций и убеждений своих граждан, т.к. это является делом совести каждого индивида. Наконец, существенным признаком светского государства является равенство всех религий перед законом[948].

Сходная точка зрения высказывается и другим государствоведом. Здесь также отмечается, что существенными чертами светского государства является отделение религиозных объединений и государства друг от друга и равенство всех религий перед законом. В условиях светского государства никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Официальные лица государства не вправе предоставлять какойто конфессии привилегии или допускать ее влияния на принятие государственных решений[949].

Заметим, что оба исследователя являются действующими судьями Конституционного Суда РФ, их мнение основывается на понимании данного принципа самим судом и поэтому особенно ценно.

Итак, все кажется предельно ясным. Поскольку для сторонников доктрины светского государства человек является высшей ценностью, то необходимо исключить все возможные виды давления на него, включая как государственное, административное, так и общественное, в том числе и со стороны религиозных организаций. Если человек хочет веровать во чтолибо или в коголибо, государство не станет ему препятствовать. Но и религиозная организация не вправе навязывать государству свое вероисповедание. И, надо полагать, исходя из духа демократической доктрины, не потому, что возникает опасность подмены Церковью государства. Как показывает история, даже в наилучшие для Римокатолической церкви времена такая цель оказывалась никогда недостижимой. А именно потому, что в тех случаях, когда политика государства начнет основываться, скажем, на нормах церковного права и православных религиозных догматах, то прямо или косвенно могут быть нарушены права на свободу совести и вероисповедания других лиц. Им может не понравиться политика государства, признавшего над собой протекторат религиозных истин. Кроме того, их могут заставлять отказаться от собственных религиозных убеждений, если они противоречат общепринятому в государстве культу. Это и есть главное, почему по теории религию ограничивают рамками «личной совести», а Церковь – гражданского общества.

В качестве сверхидеи, способной заменить любую религию, признали «общечеловеческие ценности», как нечто само собой понятное и доступное любому маломальски развитому сознанию. А универсальным регулятором всех межличностных отношений объявили закон. Но при более внимательном осмыслении предлагаемой системы организации общества нельзя не обратить внимания на некоторые характерные черты доктрины светского государства.