Церковь и политический идеал

Не уйдут от подобного законодательного регулирование и иные обрядовые стороны. Например, принятие Святых Даров, т.к. они принимаются неограниченным числом лиц из одной ложицы и чаши. Завтра во имя общественного спокойствия запретят крестные ходы – «колокольный звон мешает другим людям отдыхать». Из соображения «народного здравия» запретят посты, примут меры против обрезания у иудеев и мусульман. Монашество могут признать нарушающим интересы государства своим безбрачием, а само богослужение признают в некоторой своей части вредной гипнотизацией народа[953].

И несть числа этим возможным запретам, каждое из которых без большого труда может быть обосновано заботой о других людях, их правах и свободах. Показательным в этом отношении для России является история с ИНН, когда на все просьбы православных христиан о возможности непринятия идентификационных номеров государственные органы отвечали отказами, не понимая и не принимая во внимание аргументы о нарушении религиозных чувств верующих людей. Министерство по налогам и сборам оказалось куда лучшим богословом, чем монастырские старцы и убеленные сединами сподвижники веры.

Впрочем, законодатель может ничего напрямую и не ограничивать, достаточно просто не разрешать. Например, не признавать дипломы духовных учреждений Русской Православной Церкви в качестве государственных дипломов, вследствие чего священнику – выпускнику Духовной академии изначально отказывают в наличии у него высшего образования. Можно не признавать равными ученым степеням и званиям, данным светскими учебными заведениями, степени и звания, полученные в духовных. Как следствие, льготы, даруемые одним ученым, не распространяются на других. Видимо, для Министерства образования они «ненастоящие» ученые.

Причем предвидеть эти запреты или, напротив, законодательное разрешение тех или иных проявлений свободы совести едва ли заранее возможно, поскольку никаких твердых критериев нет. Напротив, в условиях общего раскрепощения нравов создаются благоприятные предпосылки для распространения всевозможных сект. Ведь Конституция РФ допускает не только пассивное верование, но и активное распространение самых различных религиозных убеждений. Конечно, общий запрет, касающийся «общественной нравственности» и т.п., действует и в отношении сектантов, и представителей явно чуждых духовным традициям государства религий.