А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]

Хомяков улавливает эту высокую ноту паскалевских «Мыслей». Мотив несказанного настойчиво звучит в поэзии Хомякова, где гармонирует с эстетически переживаемой идеей космизма. Так, стихотворение «Звезды» начинается с общей интуиции присутствия несказанного (чуда): «<…> ты взгляни на небеса: / Совершаются далеко / В горнем мире чудеса»; далее – фиксация его неизвестности, незнания с помощью «чистого разума»: «Невидимы в блеске дня»; рефрен «впивайся в них очами» – «вновь вглядись» – это создание-воссоздание «органа» постижения несказанного, зрячего разума или интуиции сердца; и как итог – открытие, постижение несказанного знанием сердца: «там вдали звезды мысли», от огня которых зажигается «сердца дремлющая мгла»[1183].

Не только в поэзии, но и в социально-философских работах Хомякова несказанное имеет важнейшую конструктивную роль. В этом ракурсе оно во-первых, приобретает значение сокрытости, непроясненности отечественного исторического бытия («… достоинства наши затаены, а пороки дерзко выставлены на показ»[1184]; во-вторых, критике и самокритике «неполного знания» своего народа противопоставляется адекватное знание, которое равносильно знанию несказанного («печатное слово <…> не адекватно ему»): «Невысказанное, невыраженное таится в глубине его существа и доступно только ему самому и лицам, вполне живущим его жизнью», «всякий живой народ есть еще невысказанное слово»[1185]; наконец, третье значение несказанного можно вычленить при специальном анализе Хомяковым теории познания и знания: здесь речь идет об особенности нетеоретического сознания, его практической формы, когда «мысль облекает себя в дело»[1186], и данное – «полное сознание», по Хомякову, – я бы также включил в спектр значений несказанного как характеризующее формы непосредственной жизненной практики, а также те опыты жизни, которые принимают реальность совершенства воплощенного идеала. Последнее положение, как представляется, имеет для двух мыслителей принципиальное теоретико-методологическое и мировоззренческое значение: совершенство как идеал (исторический, социальный, человеческих отношений, идеал веры и познания) является для Паскаля и Хомякова ведущим определяющим ориентиром и теоретических медитаций, и собственной личной жизни. Уверенность в онтологической наличности идеала совершенства (истины, добра, любви) объясняет их страстность, максимализм, нелицеприятную критичность и самокритичность, доведенную Хомяковым до нравственно-предельного, метаисторического призыва к покаянию…