Каждый последний вздох [litres]

Странная улыбка играла на его губах. Даже не столько странная, сколько незнакомая, я никогда такой не видела. В ней сквозило мальчишеское очарование.

– Мне так это понравилось, что теперь я избалован. Всего одно утро – и я испорчен на всю жизнь. Я хочу, чтобы ты каждое утро просыпалась здесь, со мной. Ну, может быть, в хозяйской спальне. Там кровать удобнее.

Марево сна спало, и я поймала себя на том, что улыбаюсь ему, как полная дурочка.

– По мне, так и эта кровать хороша.

– Потому что в ней лежу я?

– Вау. – Моя глупая ухмылка стала шире. – Приятно видеть, что твое эго по-прежнему на высоте.

Проводя пальцем по моему лбу, Рот хохотнул глубоким басом. Голос затих, померкла и ухмылка.

– Прошлая ночь. Я… я сожалею об этом, – выговорил он, с трудом подбирая слова извинений, и меня это почему-то рассмешило. Демонам нелегко просить прощения. В их лексиконе попросту нет слова «извини». – Я действительно думал, что ты уходишь от меня, и нарочно напился в хлам, чтобы не бежать за тобой. Это не оправдание. Я знаю, но мне действительно… очень жаль.

– Все в порядке. Ты был милым.

– Милым? – Его пальцы скользнули к моей челюсти. – Я предпочитаю «зверски сексуальным».

Я все-таки не сдержалась и расхохоталась.

– Извини, но это описание больше подходит Тамперу.

Он нашел взглядом мои глаза, и его пальцы замерли у меня на подбородке, чуть ниже рта.

– Как ты? – Когда я не ответила, он провел большим пальцем по моей нижней губе. – Я могу догадаться. Вчера днем ты говорила с Зейном, а сегодня утром просыпаешься со мной. Я знаю, что тебе это далось нелегко.

– Да, – прошептала я, и перед глазами снова возникло перекошенное от злости лицо Зейна. Эти воспоминания тоже преследовали меня прошлой ночью.

Свет пробился сквозь щель в плотных шторах, лаская его щеку.

– Ну, так как же ты?

Я уже приготовилась сказать, что со мной все в порядке, но поняла, что это неправда. А я не хотела, чтобы между нами снова вставала ложь.

– Да, было тяжело, – призналась я и положила руку ему на грудь. Он слегка вздрогнул, и мне это понравилось – понравилось, что мое прикосновение не оставило его равнодушным. – Наверное, для меня это стало одним из самых трудных испытаний, потому что он дорог мне. Я люблю его и никогда не хотела причинить ему боль. Никогда.

– Я знаю. – Его губы скользнули по моему лбу. – Потерять тебя – это нелегко, но я думаю…

– Что? – Я позволила своим пальцам поблуждать по его телу. Как это странно, думала я, выписывая круг на его груди, что у меня появилось полное право на столь интимные прикосновения. Я будто обрела некую силу. Не ту, что помогала выстоять против демонов-искусителей или моего клана, но силу, которая дарила пьянящее ощущение.