Джанетта [litres с оптимизированной обложкой]

Р.S. Мы часто смотрим на Ваш портрет в Вашей комнате, и Вы нам очень нравитесь, а также Пирсу».

Когда письмо уже было дописано и я собиралась его запечатать, меня пронзила страшная мысль: я совершаю ужасный поступок, пишу тайком важное письмо без ведома отца! Что же делать? Мои надежды на тетю Еву разлетелись, как только я осознала, что не имею право посылать ей письмо тайком.

Я уронила голову на стол и горько заплакала. Голос отца заставил меня очнуться.

– Что с тобой, Джанетта? Как ты здесь очутилась? Что значат эти слезы?

Он погладил меня по голове. Я подняла к нему лицо, залитое слезами, и проговорила:

– О, папа! Я написала письмо, но знаю, что ты будешь недоволен. Ты же говоришь, что вмешиваться в чужие дела нельзя, а я написала тете Еве, прося ее вернуться. Я знаю, ты не позволишь мне послать это письмо.

Отец взял со стола конверт, в котором лежало письмо. Адрес, написанный на конверте, совсем расплылся от моих слез, но само письмо уцелело. Отец вынул его и прочел. Я со страхом ждала, что будет. Мне казалось, что решается моя судьба, и боялась поднять на отца глаза. Но тут он приподнял мою голову за подбородок, и я увидела, что он улыбается.

– Я ничего не имею против того, чтобы отправить это письмо, – сказал он. – Я тоже очень желал бы, чтоб тетя Ева вернулась домой. Может быть, она услышит твой призыв.

Я бросилась к отцу на шею.

– О, папа! Папа! Какой ты добрый, как я рада!.. Только напиши, пожалуйста, сам адрес, а то я опять все размажу.

Итак, письмо было послано. Узнав об этом в тот же день, все в доме только и обсуждали, захочет ли тетя Ева вернуться.

Теперь оставалось только считать дни. Мы знали, что должно пройти немало времени, прежде чем тетя Ева получит письмо и ответит на него. Ожидание тянулось бесконечно. Дни проходили за днями, а ответа все не было!

Между тем из Гленмалорка приходили тревожные вести. Сэр Руперт готовился выгонять своих фермеров, а Пирс по-прежнему находился в заточении.