Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания
- Автор: Фаворская Татьяна Алексеевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-05890-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей, интересующихся историей России и российской науки.
Когда мы вернулись из Москвы, заведующий фотокинобазой, некто Коган, решил создать по случаю восьмидесятилетия Алексея Евграфовича короткометражный кинофильм. К нам в квартиру принесли юпитеры, пришли операторы и режиссер. Сняли Алексея Евграфовича за письменным столом, работающим, пишущим и читающим, сняли его сидящим на диване около столика, на котором стоял горшок с цветущими орхидеями, беседующим со своими учениками и сотрудниками. Маша тоже должна была участвовать в фильме. В розовом платье, только что сшитом ее бабушкой, она входит в кабинет Алексея Евграфовича, подходит к нему. Алексей Евграфович отрывается от книги, которую он читал, открывает ящик письменного стола, вынимает оттуда коробку с конфетами и дает Маше конфетку. Маша идет к дверям, потом возвращается обратно, снова подходит к Алексею Евграфовичу, получает вторую конфетку и тогда уже окончательно уходит. Фильм этот показывали несколько раз и всегда эти кадры очень нравились публике. На последних кадрах изображали Алексея Евграфовича, идущего по университетскому двору вместе с Коганом.
Игорь понемногу выравнивался, хотя голова у него все еще была не по росту большая из-за рахита. Алексея Евграфовича это обстоятельство не беспокоило, он говорила, что Игорь будет умный, голова у него большая. У Игоря была теперь няня Зина — молодая, здоровая девушка-эстонка, родственница нашей новой сторожихи. Дело в том, что семья Нурзе закончила постройку своего дома на Киевской улице и осенью 1938 года переселилась в свое собственное жилище, предварительно рекомендовав нам свою хорошую знакомую, тоже эстонку — Софию Христиановну Симон, которую паспортисты переделали в Симонову. Перед этим она жила на хуторе со своим отцом. Отец незадолго перед тем умер, София Христиановна не захотела оставаться одна на хуторе, ликвидировала свое хозяйство и переехала в Лугу и устроилась у нас на даче. Это была хорошая, исключительно честная, работящая женщина, умевшая хорошо готовить и знакомая со всеми сельскохозяйственными работами. У нее было шесть или семь сестер, она рано лишились матери. Отец их, суровый, неразговорчивый эстонец, воспитывал их в строгости и с детства приучал к труду. Он был прекрасным хозяином-единоличником. Впоследствии София Христиановна весной при устройстве огорода не раз вспоминала приметы, которым следовал в своем хозяйстве ее отец.
Овощи, у которых в пищу идет корень, следовало сажать не в одно время с теми, у которых используются плоды. Не помню какие, но одни надо было сажать «на навце», то есть в новолуние, а другие в полнолуние. Если посадить, например, картошку не в то время, как ей полагается, то она все равно пролежит в земле и не тронется в рост, пока не придет ее время. София Христиановна придерживалась правил своего отца. Бывало, приедешь на дачу, спросишь Софию Христиановну: «Ну что, пора картошку сажать?» — «Нет, сейчас не время, надо подождать», — отвечает она.
Ваня уже подрос. Нюра теперь всецело перешла на обслуживание Вани, а Маша была на попечении моем и Марии Маркеловны. Перед тем как лечь в больницу, Ирина написала диссертацию и подала ее в Совет, поэтому теперь она могла спокойно защитить ее. Защита прошла очень хорошо, оппонентами у нее были В. И. Егорова и А. И. Захарова. Вернувшись из армии, Алеша подал диссертацию, то же сделала и Оля, так что в конце мая оба они успешно защитились. Одна Марина оставалась у нас без степени, но работа у нее шла успешно, так что можно было рассчитывать, что она защитит в срок. Ни Алеше, ни Оле не надо было ехать в экспедицию. У Алеши в июле опять должны были быть занятия с заочниками. У Оли были каникулы, и она собиралась поехать с Игорем и с отцом и Зиной на дачу в Лугу. У нас на даче было слишком тесно для такого большого количества народа, Марии Маркеловне было бы слишком трудно вести такое большое хозяйство, а Алексею Евграфовичу было бы трудно отдыхать в такой большой компании. Поэтому решено было, что они снимут себе дачу поблизости от нашей. Дача такая нашлась, и в конце июня Оля со своим семейством переехала в Лугу, где уже жила Мария Маркеловна с Машей, Ваней, Марией Павловной и Нюрой.
Олина дача была очень близко от нашей, Зина с Игорем каждый день приходили к нам и отправлялись с Нюрой и Ваней гулять в соседний лесок. Нюра была красивой девушкой с правильными чертами лица и с небольшим прямым носом. У Вани носик был тоже прямой и маленький. Зина была полной, здоровой девицей. Игорь после искусственного кормления очень располнел, у него было круглое, толстое лицо. Гуляя, няни встречали молодых красноармейцев и других молодых людей, которые им говорили: «Как сыновья на вас похожи, что это вы так рано детьми обзавелись?» Как ни уверяли няни, что это не их дети, им не верили. Игорь был такой тяжелый, что поднять я его могла, а нести куда-нибудь была не в силах. Когда Зина несла его гулять, он пытался напевать в такт Зининым шагам, тянул одну и ту же низкую ноту, так что народ смеялся, говорили, что он будет Шаляпиным.