Электронная книга - «Адский котел на две персоны (СИ)». Краткое содержание книги:
Руки непроизвольно потянулись к полотенцу, развязывая и откидывая края в стороны. Я прикрыл глаза, накрывая подрагивающей ладонью горячую пульсирующую головку, выдыхая несдержанно и хрипло, представляя на месте своей руки — его. Проклятье! Почему даже сейчас, когда он ушел, бросая меня, показывая, что никогда не видел в наших отношениях чего-то большего, чем обычное развлечение, я все равно думаю о нем, мечтаю, хочу…
Сжимая головку сильнее, как это делал Люцифер, я грезил о его пухлых губах, о горячем языке, который выводил бы рисунки по вздувшимся венам, о жарком и тесном горле, в которое он пускал меня не поморщившись и с наслаждением. Черт! Вторя движениям, подкидываемым мне фантазиями, я дышал все более хрипло и тяжело, отдаваясь разливающемуся по телу кайфу. Как наркотик, он проникал под кожу даже не будучи рядом, заставлял сходить с ума и желать о близости, которой больше не суждено было случиться.
Я несдержанно сжимал член, быстро двигая рукой от головки до основания и обратно, видя перед глазами все то, о чем мечтал. Видя его. Люцифера. Моего демона, который отказался быть моим. Стон сорвался с губ неожиданно для меня, но я не останавливался, сдавливая второй рукой мошонку, растворяясь в ощущениях. Удовольствие накрывало, заставляя метаться по постели, рычать, стонать, пока не сжалось в тугой ком внизу живота на несколько долгих томительных секунд.
Я кончил. Сперма, рвано выстреливая, обжигала живот, а я видел перед глазами довольную ухмылку на любимых губах, будто это он только что довёл меня до оргазма, будто его губы ласкали головку, его язык вылизывал член до самого основания. Дикость. То, чего больше не будет, о чем не стоит мечтать. Но разве мог я забыть о Люцифере? Нет, никогда.
Я поднялся, на дрожащих ногах доходя до ванной комнаты, скидывая ненужное полотенце в корзину, предварительно стерев им следы своей слабости. Надевая пижамные штаны, я с усмешкой отметил, что не носил их очень давно. С демоном необходимость в одежде отпадала, а после… после я слишком себя запустил, чтобы думать о таких вещах. Но пора брать себя в руки. Может Ноэ и прав, надо копнуть глубже, узнать, разобраться, возможно действительно я не понимаю всего. Но это утром. Сейчас же я вернулся в постель, накрывая себя одеялом, вспоминая о том, как спал под защитой бордового мягчайшего крыла. Я провалился в сон стремительно, только приняв удобное положение, ведь истощенный организм требовал покоя.
Просыпаться от ощущения, что с твоего лба убирают упавшую прядь, было настолько правильным, что я растянул губы в улыбке, так и не открывая глаз. Второе прикосновение огладило подрагивающие от медленного пробуждения ресницы, обрисовало скулы, задевая колючую щетину на щеках, а я таял от этих прикосновений, боясь проснуться окончательно и понять, что это всего лишь сон.
Я глубоко вдохнул, прижимаясь щекой к широкой ладони, которая тут же отозвалась нежным поглаживанием, и медленно, боязливо открыл глаза. В тени комнаты, на краю постели возле меня сидел он. Люцифер. А я не мог поверить увиденному, усиленно моргая, пытаясь отогнать наваждение.
— Доброе утро.
Хриплый голос, но такой до боли родной, вызвал жгучее желание тут же обнять его со всей силой, вжать в свое тело и никогда, никогда больше не отпускать. Но копившаяся все прошедшее время боль и осознание одиночества не дали упасть в омут с головой. Я подобрался на кровати, принимая сидячее положение и удивленно глядя в алые омуты на похудевшем и истощённом лице.
— Я скучал по тебе.
Неверие, сомнение, страх. Я боялся быть обманутым, боялся новой боли, следы которой он только что заметил на моей груди и нахмурился. Он пришел, будто ничего не изменилось, будто не прошло неизвестно сколько времени с нашей последней встречи, будто не он ушел тогда.
— Что ты здесь делаешь… демон?
Я пытался сдержать это обращение, ставшее для меня особенно важным, но оно сорвалось с губ против моей воли. Люцифер улыбнулся, горько и печально, и снова потянулся ко мне, на этот раз накрывая ладонью мою руку. Горячая кожа обжигала, а я все ещё отказывался верить в то, что передо мной он.
— Пришел к тебе. Ты… — он запнулся, сжимая губы в тонкую линию, а после посмотрел прямо в глаза, — ты простишь меня?
Могло ли быть иначе? Нет, конечно нет. Но все происходящее казалось несбыточной мечтой, сказкой, чем-то фантастическим и нереальным. Я дернулся к нему навстречу, мечтая коснуться губами его губ, убедиться, что они такие же как прежде — мягкие, нежные. Вот только Люцифер не дал мне этого сделать, отворачиваясь, но не отстраняясь.
— Ответь, — тихий отчаянный шепот ножом резал внутренности, — Влад, прошу тебя, ответь. Ты сможешь меня простить?
Сердце болезненно сжалось. Я обхватил ладонями исхудавшее лицо, поворачивая к себе и заглядывая в темные мрачные глубины кровавого взгляда. Я искал в нем ответы. Пытался понять, что именно произошло тогда, и что изменилось теперь. Свадьба состоялась, но он не был похож на счастливого молодожена. Скорее на живой труп, коих огромное количество в популярном среди смертных кино.
— Ты расскажешь, что произошло?
Люцифер прикрыл глаза и покачал головой, не выворачиваясь из моих рук. Потянулся ближе, усаживаясь удобнее на кровати, давая почувствовать тепло его истощенного тела. Он не ответит, не расскажет, но теперь я понимал, у него на то были причины.
— Мы справимся. Люцифер, мы со всем справимся вместе. Слышишь?
Он снова посмотрел на меня, и в глазах его читалась непереносимая горькая обреченность. Будто сейчас решалась не судьба наших взаимоотношений, а нечто намного большее.
— Ответь, пожалуйста…
— Да. Да, демон, я прощаю тебя. За все.
Он выдохнул, и только в этот момент я смог осознать, что пока я не ответил, он не дышал. Что-то изменилось. Щелкнуло. Пазл сложился. Люцифер потянулся ко мне, накрывая губы самым желанным поцелуем. Нежным, трепетным, необходимым. Его руки легли на мою шею, мягко царапая короткими ногтями. Он заставлял меня забывать о неделях одиночества и боли. Но мгновения нежности вдруг сменились. Его тело напряглось, каждая мышца сжалась под действием неведомой мне силы, заставляя открыть глаза и с удивлением посмотреть на него.
— Нет… нет, Люцифер… что? Что это значит?
Его крылья, огромные крылья, что так часто накрывали нас во сне, поднимали его в небо, позволяя покорять небывалые высоты. Они горели. Пламя поднималось от кончиков мягкого оперения, захватывая все большую площадь. Огонь не щадил ничего. Полыхающие перышки отрывались, падая на постель, истлевая, но не повреждая простыни. И когда догорело последнее перо, пламя перекинулось на его тело.
— Люцифер… пожалуйста…
Он не издал ни звука, хотя я чувствовал, как от боли дрожат его руки. Дернулся, оглядываясь, ища способ помочь ему, сбить пламя. Готов был тащить его в ванную и поливать его там из душа, лишь бы только спасти, но он удержал меня, сильнее вцепляясь в мою шею пальцами. Я замер, с ужасом осознавая, что помочь не смогу. И он тоже это знал.
— Я люблю тебя.
Последние тихие слова, вырезавшие на моем сердце кровавые раны, и всего его поглотил огонь. Я видел как обгорает кожа, покрываясь пузырями, обугливаясь, чувствовал как запах паленой плоти забивает ноздри, но не мог оторваться от направленных в самую душу глаз. Пламя касалось меня, облизывало кожу, не принося ни боли, ни жара. Оно сжигало только Люцифера, мужчину, которого я любил, которого потерял, и теперь терял окончательно, так и не успев обрести.
Я считал, что мое сердце перестало биться, когда за ним закрылась дверь спальни в нашем скромном жилище. Но я ошибся. Мое сердце остановилось в тот миг, когда его глаза закрылись, а в моих руках таяло тело лучшего мужчины, оседая пеплом на коже, простынях и полу спальни. Мое сердце замерло в тот миг, когда мой демон выдохнул в последний раз.