Жар под золой
- Автор: фон дер Грюн Макс
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Николай Николаевич Бунин
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Жар под золой». Краткое содержание книги:
Это была Сузи.
— Бывает хуже. У вас ведь в кармане аттестат зрелости. А это кое-что значит... Пойдемте в зал.
— Знаете, — сказала Сузи по дороге. — я не хотела учиться музыке, мне всегда хотелось быть воспитательницей в детском саду, но стоит мне дома заикнуться об этом, как мои родители на стену лезут. Теперь, когда я провалилась на вступительных, они ведут себя так, будто я их оскорбила или обесчестила.
В зале крутились пары.
Жены и дочери не было видно. Какой-то незнакомый человек кивнул мне, но я не ответил ему. Постояв немного у дверей, я вышел на улицу. Потеплело, небо было звездное.
Устало и бесцельно я побрел по неасфальтированной автостоянке. В некоторых машинах сидели парочки и целовались. Очутившись перед своей машиной, я от неожиданности испугался: на заднем сиденье обнимались Рупперт с Клаудией. «Повернуться и уйти? — подумал я, — Ничего не вижу, ничего не видел?»
Открыв дверцу, я спокойно сказал;
— Выйдите, пожалуйста, господин Швингхаммер, мне нужна машина...
Они разом отпрянули друг от друга, затем молча вылезли из машины; Рупперт что-то лепетал, но я отмахнулся. Усевшись за руль, я видел, как они направились к двери в зал и исчезли за ней.
Я долго сидел, не в силах пошевелиться, сидел, судорожно вцепившись в баранку, и глядел в ветровое стекло. Я не был пьян, просто чувствовал себя разочарованным, опустошенным. Наконец я тронулся с места.
На Бронштрассе у освещенной телефонной будки я увидел трех девиц. Затормозив, я опустил стекло и спросил ту, что подошла ко мне первой:
— Сколько?
— В машине — пятьдесят, — ответила она.
— Залезай. — Я открыл правую дверцу.
Отъезжая, я заметил в зеркало заднего вида, как одна из девиц записывала, вероятно, номер моей машины. Меня это задело.
— Записала мой номер? — поинтересовался я. — Боится, что я тебя прикончу?
— Осторожность не помешает. Я была бы не первой. Не беспокойся, когда вернусь, она порвет бумажку.
Девице было самое большее семнадцать.
— Куда поедем? — спросил я. — На север?
— Чего? — удивилась она, и удивление ее не было наигранным. — А-а, ты новичок... небось в первый раз... Это ж надо, какой мне сегодня подарочек. Наконец-то хоть какое-то удовольствие... Нет, не на север, там слишком много ищеек... Поезжай на восток, к Унне, я скажу, где остановиться, у меня есть свои места, знаю там все просеки.
Мы еще не выехали из центра города, а она уже стала задирать юбку.
В Кёльне у музыкального училища я высадил Клаудию, договорившись, что встретимся с ней во второй половине дня на площади у Римско-германского музея.
Я поехал в район Линденталь по адресу, который сообщил мне Бальке. Человек, погрузивший в мой багажник три небольших, прочно сбитых деревянных ящика, судя по выговору, был иностранец. Дом оказался шестиквартирный, добротной постройки, на всех балконах сверкала герань, повсюду одинакового светло-красного цвета.
Перед соседним домом, у тротуара, пожилой человек мыл свою машину. На нас он не обращал никакого внимания. Заперев багажник, я спросил «иностранца»:
— Расписываться нигде не надо, на товарном чеке или?..
Махнув рукой, он удалился в гараж, из которого выносил ящики, и опустил за собой подъемные ворота.
Проехав две-три улицы, я остановился, открыл багажник и приподнял один ящик: он был необычайно тяжелым.
Все ящики были крест-накрест перетянуты стальной лентой на заклепках.
Погрузка заняла не более десяти минут, так что времени до встречи с дочерью оставалось много. Втиснув машину в освободившуюся щель на Рейнской набережной, я уселся на скамейку и стал наблюдать за проплывающими по реке судами.
Снова потеплело.
Мне захотелось стать рейнским шкипером, обогнуть землю на такой вот барже. Настроение было подавленное. Из-за экзамена дочери, из-за трех ящиков в машине, необычайно тяжелых и прочно упакованных.
Интересно, что в них?
Сколько можно сидеть на скамейке и глазеть на баржи? Даже самая оживленная река покажется скучной через некоторое время. В три часа я поспешил к Римско-германскому музею. Площадь перед Кёльнским собором была похожа на ярмарку. Людской поток захватил меня, и я неплохо чувствовал себя в толчее.
Мы с дочерью не договаривались о каком-то определенном месте встречи, да и как я ее отыскал бы в этой сутолоке: казалось, здесь, на площади, собрались все жители города.
Вместе с группой молодых людей меня прибило к лестнице, которая вела к подземному гаражу под Соборной площадью. Там, на возвышении, стояла Клаудия и играла на большой губной гармонике. Возле ее ног лежал кусок картона с надписью: «Абитуриентка без вакансии в вузе просит о подаянии». Клаудия играла новейшие шлягеры. По ней не было заметно, что она провалилась.