Акциденция

— Ладно, пусть так. Но от меня-то вы чего хотите?

— Я с ней официально поговорить не мог, поскольку по ее райкомовским делам они ездили дней за десять до убийства. Да и потом, что бы я и как спросил? А вы все-таки в одном доме жить станете… может как-нибудь разговоришь ее… вечером, под чаек — по свойски… ты ж понимаешь, нам любая информация нужна.

— Но я с ней даже не знаком пока, а свойские-то отношения не за один день налаживаются… — пожал я плечами, совершенно не понимая, как можно подобные разговоры вести с человеком посторонним… тем более, женщиной.

— Ну да, ну да… смотри сам тогда… — покивал на это Михаил Лукьянович и отпустил меня уже окончательно.

Но вот мысль, что эта Любовь Михайловна может что-то знать, возможно, даже сама не подозревая об этом, капитан мне в голову заронил.

— А вот и наша дама-мадама идет… вспомни нечистого… — бросив взгляд в окно, недовольно произнесла Марфа, а последнее буркнула и вовсе себе под нос, но я расслышал.

Что-то с этой жиличкой было все-таки не так, если к тому же, еще и вспомнить, как мне ее охарактеризовала Алина. Надо расспросить хоть женщин попредметней, а то намеки одни, да предостережения…

Хлопнула входная дверь, простучали каблуки по коридору и вот, в проеме, появилась она — первый секретарь Бережсковского райкома, Любовь Михайловна Заревич.

Ну что сказать? Только то, что в первое же мгновение я отчасти понял, почему во мнениях женщин ее окружает некоторый негатив. Но так же пришло понимание, что для мужчины она гораздо опаснее…

Будучи человеком взрослым, к тому же не обремененным какими-то обязательствами, супружескими или даже отцовскими, с женщинами я строил отношения так, как получалось по обстоятельствам. Но, имея голову на плечах, всегда разграничивал выпадающие возможности. То есть, в жизни моей в основном случались те женщины, которые и сами не тяготели к этим, выше упомянутым, обязательствам — они не ждали ничего от меня, но и не расположены были расщедриваться на что-то сами.

Вполне легко, часто — достаточно красиво, но и ничего более — вот правила, по которым обычно складывались мои взаимоотношения с женщинами.

Не то, чтобы я принципиально не стремился к стабильности или не хотел семьи, но как-то все происходило именно так, как происходило. Да и девушки, той, с которой я пожелал бы заполучить более тесные отношения, мне как-то не встретилось до сих пор. Какой она должна быть, что бы мне захотелось связать с нею свою жизнь, я понимал смутно, но вот то, что женщины, с которыми меня до сих пор сводила судьба, не совсем те, осознавалось четко.

И как раз именно это обстоятельство позволило мне определить, что Любовь Михайловна именно из тех, вышеописанных женщин. Притом, самый опасный из них вариант — она не просто не ждала ничего от мужчин, она брала все, что ей нужно, без их разрешения. Вернее, оно само падало ей в руки, без какого-либо усилия с ее стороны. А так как юна она не была, то приходила мысль, что это прекрасно осознается и пользуется на пользу себе, без зазрения совести.