Среди огнистых камней

– Я не заметила.

Я подошла к Маранте и вдохнула запах ее кожи, потом понюхала ее волосики. Для меня она пахла как ребенок, вкусно и приятно, но запаха зелени я не ощутила.

– Я не чувствую,– повторила я.– Просто детский младенческий запах.

– Странно,– удивился Егор.

Маранта на его удивление ответила хитрой улыбкой. Егор заглянул ей в лицо и понимающе улыбнулся. Он чмокнул ее головку и сказал мне:

– Маша, пойдем, пообедаем.

Мы спустились в зал и прошли на кухню. Наших шеф-поваров мы не увидели. На кухне хозяйничал Рикро и три женщины. В кастрюлях что-то кипело, а женщины резали салат.

– Ну что, Рикро? – спросил Егор. – Снова все сам делаешь?

– Да, Сир и Сор не могут прийти в себя до сих пор. И многие из поваров тоже. Они привыкли каждый день видеть Рауля и чувствовать его внимание и заботу, и теперь словно осиротели, им ничего не хочется делать.

– Может позвать их сюда и поговорить с ними? – предложил Егор.

– Они не придут,– горестно произнес Рикро. – Я уже пытался вытащить их, и уговаривал их.

– Что ж,– сказал Егор,– придется самим готовить.

– Не переживайте, я могу пока этим заняться,– уверил нас Рикро. – Я умею готовить, хоть и без изысков. Мы справимся.

– Я тоже могу помочь,– предложила я. – Я умею готовить.

– Маша, у тебя не так много времени для этого,– напомнил Егор. – Ты будешь заниматься только Марантой.

– О, у нее теперь новое имя? – удивился Рикро.

– Да, мы решили, что Маранта – это ее полное имя,– поделилась я.– Егору оно нравится, кроме того это название цветка, а Рауль хотел, чтобы мы дали ей такое имя.

– Красиво,– похвалил Рикро, подмигнув Маранте. – Обед почти готов. Идите в зал, я принесу вам суп, а потом второе блюдо.

– Спасибо, Рикро,– грустно поблагодарила я, испытывая неловкость от того, что он для нас так старается. Он не обязан был это делать.

Егор с девочкой на руках, и я прошли в зал и уселись за стол.

– Знаешь, Егор, с исчезновением Рауля не только я ощутила острую потерю,– печально начала я.– Все жители переживают, и фуны и криты страдают. Даже твои друзья-ученые. Я сегодня была у них, они тоже грустят. Это похоже на апатию, они не знают, чем им теперь заняться,– Егор внимательно слушал меня, а взгляд Маранты красноречиво подтверждал, что она согласна со мной. – Борис рассказал мне, что им неинтересно стало что-то делать, как будто пропал весь смысл их жизни. Может, ты поговоришь с ними, у тебя же есть общий язык с ребятами.

– Не знаю, Маша,– задумчиво проговорил Егор. – Я провел в их окружении около месяца или чуть больше, но они не интересовались ничем, кроме своей работы. Я не знаю, чем им можно помочь. Я могу сходить туда, проведать их, но о чем говорить с ними, если у них нет сейчас дела, я не знаю. Они даже не представляют, чем мы живем или люди вокруг них, им это непонятно. Как Рауль находил с ними другие темы для разговора – загадка. Он иногда вытаскивал их на Землю, чтобы развлечься, поставил им телевизор, чтоб они могли видеть, хоть кусочек жизни. Только Алек регулярно смотрел новости по телевизору, остальные кое-как. Чем им помочь, Маша? – недоумевал он. – Рауль видел их эмоциональный фон, поэтому и мог, вовремя вмешаться в их состояние. Теперь пришло время им самим осознать свои потребности. Возможно, эта разлука пойдет им на пользу?