Среди огнистых камней

Сегодня Мара не улыбалась Борису, а сосредоточенно всматривалась в его невеселое лицо. Мне стало неловко. Ощущение было такое, что они только и ждали, когда я уйду.

– Ну, ладно, мы тогда пойдем. До встречи,– пробормотала я и встала.

– До встречи,– прозвучало вразнобой.

Я понесла Мару к выходу. Она развернулась лицом к мужчинам, и не спускала с них глаз, пока не захлопнулась дверь.

Как только Рауль с ними общался? Для этого, по-видимому, надо быть основателем. Может, их легче понимать, когда знаешь, что они чувствуют на самом деле? И Мара сегодня смотрела на них по-другому.

– Ну, что ты думаешь, Мара? – задала я ей встревоживший меня вопрос. – Почему они были сегодня такие невеселые и неразговорчивые?

– Ты заметила, Мария? – голос Бориса заставил меня подскочить.

Он незаметно догнал нас, и теперь старался идти в ногу со мной.

– Ты напугал меня,– проговорила я.

– Прости. Я хотел извиниться за всех. Нехорошо получилось. Мы вообще народ не гостеприимный. К нам ходил только Рауль, а он привык к нам и знал наши манеры, ему не трудно было с нами. В последнее время еще Егор пропадал у нас. Но его интересовала наша деятельность, и мы тоже нашли с ним общий язык,– Борис не смотрел на меня. Он заложил руки за спину и не торопясь шел рядом. Мара внимательно слушала, что он говорит. – Сегодня мы поняли, что все изменилось. С исчезновением Рауля у нас пропала наша работа. Мы часто работали по его «наводке», он подкидывал нам тему для размышлений, и мы увлеченно трудились над ней. Можно сказать, что мы были счастливы. Теперь этот проект закрыт и нам нечего больше изучать.

– Но ведь вы сами можете выбирать себе тему для исследований,– заметила я.

– Можем, но это не так увлекательно, как то, что предлагал Рауль. Это можно сравнить, как если бы ты была шеф-поваром крутого ресторана и умела готовить экзотические блюда, а тебя перевели на работу в обычную столовую, и сказали чистить картошку и готовить из нее пюре. Сегодня мы осознали, что Рауль и был нашим талантливым шеф-поваром, а мы всего лишь его поварята. Мы не знаем, что теперь делать,– грустно закончил Борис.

– Вам не хватает его? – прошептала я, ощутив острую боль от потери Рауля. Не одна я страдаю. – Мне тоже тяжело,– выдавила я.

Мара обняла меня за шею, и я почувствовала от нее приток нежной любви. Я неожиданно остановилась, и резко вздохнула. Борис удивленно глянул на нас. Как бы мне хотелось, чтоб и он ощутил сейчас, то же, что и я. Но у меня нет такой способности – передавать свои чувства; одни слова. Только их так трудно подобрать, чтобы достичь нужного эффекта. Ведь я всего-то неопытная девчонка!

– Борис,– уверенно начала я,– Рауль любил вас и всех на этом острове. Здесь живут разные люди, но он понимал и любил всех. У него к каждому был свой подход, и можно подумать, что это что-то особенное. Но чем больше я разговариваю со всеми на этом острове, тем больше убеждаюсь, что ключик-то был ко всем один. Это любовь, как ни странно. Она побуждала его давать вам разные темы для работы, поскольку он видел, что вы счастливы только в ней. Для него вы были, как дети, он давал вам то, в чем вы нуждались, он хотел радовать вас. Теперь вы повзрослели, ваш «папа» улетел, и надо жить по-новому. Жаль, что так получилось, он и сам не предполагал, что вам будет трудно. Возможно, он надеялся, что вы не останетесь без дела. Кроме того, вы всегда можете уйти отсюда на Землю, если вам станет здесь скучно,– подытожила я.