Среди огнистых камней

Из-за приезда папы я задержалась дома и не смогла появиться в обычное время. Я намеревалась прийти ночью, когда родители лягут спать. Егор позвонил мне и сказал, что Маранта ни за что не хочет ложиться, пока не увидится со мной. Через полчаса мой бледно-желтый купол проявился на пляже. Едва разглядев его, Маранта выпустила свою радугу света мне навстречу и в одно мгновение притянула мой шар, словно магнитом. Я едва успела отключить его, чтоб не поранить Егора. А моя девочка уже тянула ко мне свои ручки, радостно подскакивая на руках Егора.

В эту ночь она заснула на моей груди, и я задремала от ее тепла.

Мне приснился Горг, мающийся в туманном пространстве, с отблесками яркого серебристого света. Он безумно носился в просветах серого тумана и разговаривал сам с собой. Я слышала каждое его слово, и мне было грустно.

– Они думают, что этот проклятый тонгур исцелит меня. Маша… мне нужна Маша. Рядом с ней мне не было больно. Я глупец, …сколько еще можно повторять это имя. Она никогда не услышит меня. В той ловушке у меня была надежда увидеть ее, но здесь, в этом проклятом месте… Маша, мне нужна Маша.

Я очнулась и переложила девочку в кроватку. Проснувшись рано утром, я позвонила Егору на мобильник и предупредила, что ухожу. Он спустился вниз из своей комнаты и улегся на мою постель, проворчав, что еще слишком рано, чтоб вставать. Я умчалась в свой мир, пока мои родители не обнаружили мое ночное исчезновение.

Приезд папы заставил меня изменить мой распорядок посещений острова. Теперь я приходила туда по ночам, и моя Мара очень скучала по мне. Егор и я объясняли ей сложившуюся ситуацию, но она и не думала мириться с ней. Она долго не хотела засыпать, желая выслушать мои рассказы. Она обнимала меня своими ручками и умильно разглядывала мое лицо. А я не могла насмотреться на нее и целовала ее личико и ручки.

Мой чуткий папа обратил внимание на то, как сильно я изменилась. Беззаботная Маша исчезла месяц назад. Я услышала его разговор с мамой, когда они сидели на кухне и ужинали, а я неслышно вошла домой, приехав из колледжа, (на самом деле с острова). Они не дождались меня к столу и говорили обо мне.

– Танюша, я говорю тебе, тут дело не в колледже. Маша никогда не была помешана на учебе. Я думаю, что у нее кто-то есть, она с кем-то встречается, только говорить не хочет.

– Леша, да нет у нее никого. Кроме Егора ей и не звонит никто. Никто к ней не приходит, и ее ни разу ни с кем не видели. Уж, мне бы доложили, поверь. Я даже звонила Юле несколько раз вечерком, интересовалась, где Маша. Она говорит, что Маша после занятий ходит в библиотеку.

– Странно. Я уверен, что она влюблена, но только не в Егора.

Я прервала этот разговор, громко хлопнув дверью еще раз, информируя, что пришла с учебы.

С учебой в колледже у меня не возникало никаких проблем. Память цепко удерживала абсолютно все, чему меня учил Егор в моем виртуальном мире, и теперь на лекциях я позволяла себе расслабиться и слушать материал, как повторение пройденного, (а то и не слушать). Я уделяла внимание только практическим занятиям, их я не пропускала, памятуя о том, как потеряла из-за болезни много часов практики, и мне не хотели давать допуск к сессии.