Трусливый ястреб [litres]

– Змея? – выкрикнул Лиз.

Его палатка стояла с другой стороны от Реслера. Дождь поливал так ожесточенно, что казалось, он разрывает брезент. Створки моей палатки были плотно застегнуты, и я наблюдал за ручейками, бежавшими мимо нижнего края брезента к задней части палатки. На месте, где вода капала на земляной пол, мне пришлось соорудить дренаж и выцарапать канавку наружу при помощи перочинного ножа.

Я написал ночное письмо Пейшнс. Рассказал ей про свою палатку, отсутствие полетов, напряженную обстановку по периметру и про сержанта, которого укусила змея. Он не проверил свою постельную скатку, забрался внутрь и попался. К счастью, было противоядие, которое, по слухам, болезненней укуса.

Поверх раскатов грома я слышал глухие звуки минометов и артиллерии с соседних позиций. Треск мелкокалиберных орудий доносился отовсюду. Я сочувствовал солдатам караульной службы, которым выпало дежурить в такую ночку.

Внутри палатки послышался шорох. Я замер и почувствовал, как что-то холодное извивается на лодыжке. Змея? Что делать? Если буду дергаться или кричать – ужалит. Под барабанную дробь дождя я обливался потом в душной палатке. Когда незваный гость добрался до колена, я узнал его и быстро откинул боковую створку – гигантский коричневый мотылек метнулся в сторону соседней палатки.

– Змея! Змея! – приглушенные вопли Коннорса перекрыли шум дождя. Я высунул голову наружу и посветил фонариком в его сторону. На месте было пусто. Коннорс и его палатка провели остаток ночи в палатке общего назначения.