Мятежники Гора

— Самое большее, — покачал головой Пертинакс, — на что способна кавалерия в данной ситуации, это попытаться повредить камеры, так сказать, ослепить дракона.

— Маловероятно, что такая попытка была бы успешной, — сказал я, — если бы дракон решил защищаться. Кроме того, я подозреваю, что камеры либо хорошо замаскированы, либо защищены.

— Тем не менее, — не сдавался Таджима, — кавалерия могла бы атаковать дракона, даже несмотря на то, что это безумие и бесполезная гибель.

— Парни этого не сделают, — заверил его я. — Перед тем, как покинуть замок и отправиться на юг, я передал Торгусу и Лисандру однозначный приказ.

— То есть, Вы запретили им вмешиваться? — уточнил Пертинакс.

— Само собой, — подтвердил я. — Второй круг почти закончен. К настоящему времени силы Темму должны быть уже достаточно встревожены или даже смириться со своей участью, а люди Ямады наоборот, уверены и вдохновлены.

— Рассчитываете использовать страхи и суеверия простых солдат? — поинтересовался Таджима.

— Почему только простых, — усмехнулся я, — я знаю высокопоставленных офицеров не чуждых подобных суеверий, и даже генералов, и даже сёгуна, я имею в виду Лорда Темму и его даймё Лорда Окимото.

— Многие верят в железного дракона, — пожал плечами Пертинакс.

— Или, как минимум не считают его невозможным, — добавил я. — Помнишь, как многие избегали смотреть на дракона пристально. В умах почти всякого он — не механизм, не машина, пусть сложная и огромная, но гигантское, живое существо, потрясающее, чудовищное, невероятное, ужасающее, намёки на которое есть в тысяче легенд, которые до сего момента использовались только для того, чтобы пугать детей. Ну а тем, кто раньше не верил, теперь достаточно всего лишь поднять глаза к небу и полюбоваться на эти могучие крылья, распростёртые над головами, чтобы удостовериться, что он живой как никогда.

— Но мы-то знаем, что это машина, — напомнил Пертинакс.

— Но многие ли кроме нас смогут поверить в это? — осведомился я. — Царствующие Жрецы и кюры хорошо охраняют свои тайны.

— Итак, большинство будет считать его живым существом, — подытожил Таджима.

— Причём не просто обычным живым существом, — сказал я, — и не просто большим и опасным, а скорее неким таинственным созданием, прибывшим из неизвестных миров с неясными намерениями, целеустремлённым и зловещим монстром. Взмах его крыльев меняет течения судеб. Его одобрение или неодобрение может благословить или привести к краху тот или иной дом. Его хмурый взгляд предрекает мрачное будущее. Это в тысячи раз мощнее каких-то там костей и раковин.

— И что теперь? — уточнил Таджима.

— А теперь, — усмехнулся я, — третий круг завершён. Дракон исследовал дом Темму и не стал ему вредить. То есть, именно этот дом он приветствует, именно над ним он распростёр свои крылья, именно его он благословил.

— И теперь дракону самое время поворачивать на юг, — заключил Пертинакс.