Право рождения (СИ)
- Автор: Gusarova, Оплачко Светлана Sиничка
- Язык: русский
- Жанр: Магический реализм
Электронная книга - «Право рождения (СИ)». Краткое содержание книги:
— Альбинос! — как Илья сам не догадался! А ведь и правда — у мумии ни в волосах, ни в коже не просматривалось пигментации.
— У свирьцев альбинизм встречается в одном случае из пятидесяти тысяч. Илюша, скажи, у неё же можно взять образцы тканей на генетику?
— Можно, — усмехнулся Илья, припоминая прошлогоднюю историю со скрытными эрси и тем, как Инна гонялась за их образцами.
— Но она не разрешала мне. — Генрих явно подначивала брата.
— Я разрешаю.
Илья потянулся рукой в перчатке и провёл пальцами по головкам кукол из рядка на настиле. Ссориться с Владой не хотелось, но и исполнять все дочкины капризы Илья не намеревался. Мало ей розового чума, полётов на духах и каши с горы, теперь это подавай. А луну с неба не надо?
— Инн, как думаешь, сколько могут стоить эти куклы? — на всякий случай спросил он Генрих. Та глянула на него, как на дурачка.
— Они не имеют цены, — прозвучал необходимый для успокоения ответ. — И, я надеюсь, никто и никогда не продаст их с молотка. Это слава нашего института, Илья.
— Ты права на сто процентов. — Айвазов убрал руку и покинул пещеру.
Их снова ждали хлопоты, хлопоты и ещё раз хлопоты. Провизия, расссчитанная на три дня, кончалась, Илья понимал, что мумию лучше забрать из пещеры как можно оперативнее. Доступ воздуха, микрофлора и сырость могли начать портить тело. Да и группе следовало заняться шурфовкой других намеченных участков. Айвазов заказал авиаборт, чтобы перевезти монолит захоронения в карасукский исследовательский центр. Их новосвирьская этничка не обладала ресурсами для изучения столь редкой и хрупкой находки. Каргина была предупреждена, взволнована и заинтригована. А Илья, признаться, никому другому не мог доверить тело принцессы. Тётка Ярослава, как бы, была родственницей, и могла бы позаботиться о девочке, чтобы та не чувствовала себя чужой...
«С ума сошёл! — осадил себя Айвазов. — Рехнулся с этими шаманками, беспокоиться о чувствах мумии!»
Он и так проводил в пещере много лишнего времени. Шастал при любом удобном случае и под предлогом проведения исследований оставался с принцессой. Ему казалось, что с ним ей спокойнее, не одиноко, не холодно. Дурацкие мысли не желали покидать голову, а кроме того Илье казалось донельзя странным то, что обычно во всех подобных историях найденные мумии насылают на археологов проклятья, не желая покидать место захоронения. Эта же Белоснежка наоборот, тянулась к людям, словно соскучилась по ним. И в частности, к нему. Странным было и то, что Илья не мог призвать дух принцессы. Он никак не шёл к чернобогу, но догадка объясняла многое. Влада не зря звала принцессу Ликой и не просто так требовала «их» игрушки.
В тот вечер перед сном Айвазов тоже просидел в пещере около часа в то время, как Бусинка угомонилась, а коллеги рассыпались по палаткам. Не взял даже фонаря и приборов, ни к чему. Он пришёл побыть с принцессой так же, как привык укладывать Владу.
— Вот. Пришёл пожелать тебе спокойной ночи. Хорошо, укулеле не додумался взять. — Илья пригладил перчаткой бесцветные холодные пряди. — Что бы обо мне подумали ребята? Спятил доцент Айвазов. Поёт мумии. Верно, Лика?
Конечно, принцесса оставила его без ответа. Сколько ни всматривался Илья в неподвижные черты девочки, сколько ни чудилось ему мелкое дрожание бледных век и бескровных губ, нет — она была мертва. Но это не навечно. Илья не мог считать свою принцессу просто удачной находкой и потому тихонько, чтобы не вызывать подозрений у лагеря, запел ей:
— Спи, пока темно. Завтра вновь утро случится. Я открыл окно, слышишь, спят звери и птицы. А над всей землёю горит звезда, ясная, как твой смех. Мы с тобою вместе дойдём туда, где горит звезда для всех, для всех... {?}[песня группы «Аквариум» — «Колыбельная».]
Мысль о Саше отдалась в груди тоской. Скорее бы увидеться! Плод внутри неё, должно быть, подрос, как у Инны. Илья оставил принцессу, прокрался в чум и лёг к Владке под бочок. Та сжалась, но не отстранилась, несмотря на то, что с отцом весь день разговаривала через зубы.
«Ладно, — подумал Илья, целуя макушку упрямой ведьмочки. — В следующий раз будет говорить конкретнее, что ей надо. Да и я мог бы уточнить».
С таким решением он уснул. А разбудил его негромкий смех за пологом чума и детский голосок — Влада беседовала сама с собой. Илья прислушался.
— Лика, какую ты хочешь? Эльзу? Да, забирай Эльзу. А у меня будут Синтия, Флоранс, Перл и Матильда. Девочки, давайте пить чай, вкусный-превкусный, полезный-преполезный! Я принесу чайник.
Илья сорвался с настила и чуть ли не ветром нырнул за полог. Бусинка, одетая в антикомариную накидку, устроилась на камнях и, рассадив кукол, потчевала их из шишек. Илья вскипел, видя, что между теми игрушками, которые дочка взяла из Балясны, затесались четыре тряпичные фигурки.
— Влада! Я запретил тебе трогать этих кукол! — Илья набросился на застолье и забрал древние трофеи. Бусинка захлопала на него глазами.
— Но папа, Лика разрешила...
— Лика, я запрещаю! — сотряс воздух гневный вопль, после чего Илья тут же мысленно отругал себя за несдержанность. — Где пятая кукла? — он пересчитал фигурки и воззрился на притихшую дочь. — Влада! Говори!
— Ну... Папочка, я... — та замялась, чуя, что дело пахнет керосином.
— Говори, — требовательно процедил Илья.
Бусинка вскочила на ноги и выпалила:
— Лика забрала её!
— Лика не могла забрать куклу, Лика мёртвая! — возразил Илья.
— Могла, могла, могла! — затопала Влада. — Эльзу она забрала! Лика живая! А ты, папа, плохой! Я маме на тебя пожалуюсь! Я бабе Ярэ на тебя пожалуюсь, и Савве, и тёте Насте! Ты — плохой! Пусть мама меня заберёт отсюда! — выкрикнув это, она свернулась смерчем и влетела в сетчатое окно Светкиной палатки.
— И пожалуйста! — громыхнул в ответ Илья. — В министерство образования пожаловаться не забудь! И в департамент охраны памятников истории! Так и напиши: доцент Айвазов, Илья Каримович — плохой, и пусть у меня отзовут лицензию! Но я прав, Влада, и так дела не делаются!
Он понял, что своими криками перебудил весь лагерь, и поспешил скрыться за нависающим утёсом. Залез выше по сопке до лиственничника и продышался. Злиться на дочь не получалось. В чём-то она была права, а Илья виноват. Куколками шаманок должны играть шаманки, а не любоваться публика в музее. Но обида на жестокие слова дочки тлела под сердцем. Влада, хорошая и добрая, в целом девочка, была избалована матерью, как и её братья. Плюс возраст. Илья не умел обращаться с маленькими детьми. Сын родился тогда, когда он сам был почти ребёнком и учился в институте.
«Надо было больше заниматься им, — как по зову, всколыхнулась вина. — Надо было жить на стойбище и воспитывать Славку. А Влада? Кто я ей? Отец, который отсутствовал пять лет, а потом взялся чинить порядки. Да и в давнем прошлом я был херовым родителем, что уж». — Он потёр голову.
И тут нечто жидкое и тёплое шлёпнулось ему на тыльную сторону прижатой к затылку ладони. Илья рассмотрел подарок: ну точно птичье дерьмо. Наверху послышался цокот коготков по ветке лиственницы и хриплое карканье. Илья, щурясь, присмотрелся и различил в кроне дерева чёрную ворону. Она скосила круглый глаз на Айвазова и, судя по всему, захотела продолжить бомбёжку. Илья, вскинулся на ноги, выхватил мобильник и, набрав первый же номер, гаркнул в трубу:
— Успели перетереть, да?!
Ему ответом стал смех Каргиной. Разумеется, ворона была её проделкой.
— Вот и у тэбя появилась строптивая наслэдница, — обрадовали его заключением. — Нэ всё мнэ страдать.
— И ты, естественно, на её стороне! — ощерился Илья.
— Помэньше ори, — был совет. — А так, нэт. Куклы — чистая прихоть, силы в них нэ таится, нэ пэрэживай. Когда вэртолёт?
— Завтра, — прикинул Илья.
— Всё вэдёт к тому, что нам прэдстоит опять много работат вмэсте, Айвазов?
— И не говори. — Илья еле успел прикрыться рукавом от грузной птичьей тушки, усевшейся ему на загривок. Ворона заскребла когтями по куртке и, выровнявшись, сложила жёсткие крылья. Клюнула в бритое темя — не больно, но ощутимо, словно возвращала в разум.