Молчание [ЛП]

Это неправильно. Чертовски неправильно. Это то, что от нас ожидают, из-за нашей родственной связи, но я ни за что на свете не смогу заставить себя воспринимать ее как свою племянницу. Те дни давно прошли.

Я: Ты избегаешь меня. Прекрати. Это все портит.

Каламити: Прости? Ты намекаешь, что это я все порчу?

Я: ДА.

Обвинение за этим словом не скрыть. Я знаю это.

Каламити: Я вижу, что ты зашифровал эту связь, так что позволь мне выразиться более ясно… ТЫ ЧЕРТОВ ГРЕБАНЫЙ ДУРАК.

Ее ответ ударяет меня как пощечина. Я откидываюсь на спинку кресла, не мигая смотрю на монитор. Наконец, любопытство становится слишком сильным. Или это из-за того, что я наконец-то заставил ее снова заговорить и отчаянно пытаюсь удержать ее в таком состоянии?

Я: Почему я дурак? Потому что забочусь об этой империи? Потому что забочусь о твоих отце и матери? Потому что забочусь о ТВОЕМ БУДУЩЕМ?

Каламити: Ты имеешь ввиду то будущее, которое я разделю с кем-то другим?

И вот оно. Наконец-то. Единственное обвинение с ее стороны, на которое я не готов ответить. То, которое, как мы оба знаем, законно. Я отталкиваю ее с каждой секундой отрицания. Это конечная цель. Покончить с этим тошнотворным желанием, которое мы испытываем друг к другу, чтобы мы могли вернуться к нашей жизни.

Чтобы я мог наблюдать за ней, с другими, мужчинами и женщинами, и в конце концов увидеть, как она выбирает мужа, который будет рядом с ней…

Я рычу в тишине своей комнаты при этой мысли, сгораю от желания зарезать этого безымянного самца, когда она присылает мне последнее сообщение.

Каламити: Я ничего не разрушаю. Это ты — упрямый старый дурак, который думает, что сможет меня заменить всеми этими самками. Если позволишь, я, пожалуй, вернусь к вырыванию страниц из твоей книги.

И она выходит из системы, оставляя меня здесь, в ловушке самой важной, проигрышной битвы в моей жизни.

Она идет туда, чтобы трахаться и кормиться. Сейчас.

Я встаю со стула и спешно одеваюсь, мои мысли сосредоточены на одном.

Остановить ее.