Молчание [ЛП]

Осколок боли рикошетом прокатывается по моей эрекции и проникает в яйца. Затем она исчезает, сменяясь жгучим удовольствием, когда она вытаскивает мой член из штанов, грубо лаская, сжимая кулак. Большим пальцем она ласкает золотистый пирсинг на кончике моего члена при каждом подъеме руки.

И это она. Она. Эта восхитительная, дикая самка, которая была специально создана для меня: ее запястье кормит меня, а ее рука работает с моим членом.

Я едва успеваю открыть глаза, сперма пульсирует по всей длине.

Лишь один ее вид: пухлая нижняя губа захвачена появившимися клыками, ее черные как ночь глаза, слегка прикрыты от страсти, ее маленькая рука, пытающаяся удовлетворить меня, — это меня убивает.

Не отрывая от нее глаз, я кричу в ее запястье, спина прогибается в такт моему освобождению.

И этому нет конца, одна волна за другой. Ее большой палец скользит по моей головке, размазывая еще одну струю спермы по золотому кольцу, даже когда большая ее часть падает на землю, соединяясь с каплями ее крови, которые она оставила там.

Я ненавижу это. Я люблю это. Я никогда не смогу жить без этого снова, без нашего слияния. Это смешение наших сущностей самым сексуальным, первобытным способом.

Я хочу это на ее гребаной коже: мое семя и ее кровь.

Отрывая ее запястье от своего рта, я падаю обратно на камень, тяжело дыша. Поднимаюсь. Бормочу безумные оправдания, которые оседают на оба наших смертных уха. Я упоминаю королевство, законы. Уже назревающие скандалы среди нашей цивилизации. Рост войн против нас.

Вся логика, почему она и я никогда не сможем быть вместе.

Каламити просто облизывает свою ладонь, ясно демонстрируя мне, как ее сексуальный язык слизывает мою сперму, затем она облизывает след от укуса, который я оставил на ее коже, на том месте, где только что был мой рот.

Мое тело продолжает дрожать, застыв, когда она засовывает мой все еще твердый член в мои испорченные штаны и спокойно дарит мне прощальный выстрел:

— Продолжай. Наслаждайся, трахая своих маленьких curveles, — говорит она, используя румынское слово для шлюх. — Попробуй потеряться в них с воспоминаниями о моей руке на твоем члене, и с моей кровью в тебе. Ну же, попробуй.

На этот раз она действительно дематериализуется, за несколько секунд до того, как мои ноги перестают слушаться. Я ничего не могу сделать, только сползаю по скале на землю, мой разум просто в клочья.