Электронная книга - «Я в моменте (СИ)». Краткое содержание книги:
Серёжа даже после бани бледный, как будто прозрачный. У него дорожка родинок спускается от груди к животу, и пятна синяков всё ещё виднеются на рёбрах и запястьях.
Игорю хочется зубами разорвать тех, кто позволил себе оставить эти следы на его теле.
— Волосы прочесать нужно, — неловко бормочет Игорь.
— Ты поможешь? — просит Серёжа в ответ.
Гром сглатывает ком в горле, но соглашается, беря обеими руками расчёску.
Волосы у Серёжи, и правда, спутались сильно — самому не справиться, а мысль, чтобы эти рыжие пряди обрезать, даже в голову не приходит. Слишком нравятся они Игорю, он бы просто не смог.
Серёжа садится спиной, и Гром с щемящей нежностью в сердце замечает россыпь веснушек на его хрупких плечах.
Игорь чувствует себя полнейшим идиотом, когда хватает пальцами первую прядь и замечает, как трясутся руки. Это совершенно на него не похоже. Но отчего-то каждый раз волнительно прикасаться к Серёже.
— Игорь… — тихо зовёт Разумовский, когда Гром начинает осторожно прочёсывать его волосы.
— Что такое? Больно? — сразу же останавливаясь, спрашивает тот.
— Нет, — отзывается Разумовский. — Нет, совсем не больно. Извини. Я просто хотел…
Он снова недоговаривает. Игорь не видит, но знает: Серёжа кусает губы и заламывает пальцы.
— Что такое, Серёж?
Разумовский тяжело вздыхает, как будто к прыжку готовится.
— Игорь, если так нужно, если все так считают, тебе будет лучше вернуть меня обратно в больницу.
У Грома складывается такое чувство, что все решили его за сегодня окончательно добить.
Всем не поможешь, Игорь знает это как никто другой, но только сердце сильнее на части рвётся, оттого что боль даже у самых близких людей ты забрать не сможешь, как бы того ни хотел.
Вот он, Серёжа — настоящий, жертвенный, понимающий, таких, как он, этот мир никогда не щадит, и потому хочется защитить его, уберечь. Хотя, казалось бы, уже и не от чего, самое страшное с ним уже произошло, и Игорь в этом отчасти поучаствовал.
— Глупостей не говори, — строго отвечает Гром, не отрывая взгляда от золотых волос.т— Никто никуда тебя возвращать не станет. Мы обязательно всё решим. Я не знал, стоит ли тебе говорить, но, думаю, ты должен знать. Мы нашли Птицу. Он занял другое тело.
Серёжа разворачивается лицом — взгляд у него удивлённо-испуганный. Он цепляется мёртвой хваткой Игорю в запястья и немного дрожит.
— Я не понимаю, как это возможно. Я думал, он просто выжидает. Он ведь не мог на самом деле уйти.
— Он ушёл, Серёжа, я его своими глазами видел, — отвечает Гром.
— Но как это возможно?
Игорь и сам рад бы понять как, хотя предположение у него всё же имеется — странное, конечно, непонятное, но в их ситуации странно всё вокруг.
— Что-то не так с той пещерой, где я тебя нашёл. И Птица, судя по всему, об этом знает, поэтому мне будет нужна твоя помощь.
Втягивать в это Серёжу ещё больше не хочется, но с Птицей он, как-никак, всю свою жизнь справлялся, а значит, лучше него это существо никто не знает. Игорю понять бы только, как всё случилось и что с этой чёртовой деревней не так.
— Конечно. Только вот пользы от меня сейчас, сам понимаешь, немного, — отвечает Разумовский.
Ему самому горько осознавать, что годы работы, пройденные ради того, чтобы наконец-то стать кем-то, доказать миру, что он значимая единица, готовая что-то менять, пошли насмарку, и теперь его жизнь не представляет ровным счётом никакой ценности. Чем он может помочь Игорю, если даже самому себе не в состоянии?
— Мы пойдём к Птице, и ты поможешь мне узнать, как он всё это провернул.
Сергей снова кусает нижнюю губу — ранки на ней уже даже не заживают.
— Ты хочешь, чтобы я с ним поговорил?
Игорь кивает в ответ.
— Я бы не просил тебя об этом, но вариантов немного. Чтобы бороться с ним, нужно понять, как он вообще смог перебраться в другого человека.
Серёжа до последнего не верил, что Птица ушёл. Ждал, что снова его услышит, — в тот самый момент, когда меньше всего будет этого ожидать, когда расслабится и разрешит себе жить без страха. Птица любил его мучить, то пропадая, то появляясь вновь. Только рядом с Олегом он молчал. Птица не высовывался, и Серёжа позволил себе отпустить эту ситуацию, поверить в то, что всё прошло, — и вот к чему это в итоге привело. Последнее, чего ему бы сейчас хотелось, — это говорить с Птицей снова, он не уверен, что выдержит, но Игорь помог ему — в тот момент, когда и не должен был.
Серёжа никогда не держал зла на Грома за всё, что между ними произошло, — более того, считал его правым во всём, он бы и сам так поступил, и оттого было ещё более неожиданно получить от Игоря помощь и такую заботу. Гром должен его ненавидеть, а в итоге защищает так отчаянно, что Серёжа готов за ним хоть в ад спуститься. С Игорем нестрашно, рядом с ним хочется быть сильным, чтобы хотя бы в этот раз не разочаровать.
— Я сделаю всё, что от меня зависит. Но ты должен понимать, что верить ему нельзя.
Игорь улыбается — самым краешком губ, и, Боже, как же ему идёт улыбка.
— А с этим мы обязательно разберёмся.
Серёжа возвращается в дом, а Гром остаётся на улице, чтобы выбить себе хотя бы несколько минут тишины и одиночества, — ему нужно подумать и рассортировать мысли по порядку. В последнее время в голове такая каша, что в петлю лезть хочется, а меньше проблем не становится ни на грамм.
Разумовский после бани выглядит посвежевшим, Денис это сразу замечает, как только тот по-хозяйски устраивается на Громовской кровати. Титов старается не пускать дурные мысли в голову и не надумывать себе всякой херни — не стал бы Игорь с ним спать, когда не так прикоснуться лишний раз боится, но это умиротворение на чужом лице всё равно отвлекает и даже немного бесит.
— Так, на всякий случай, если ты не в курсе: это — кровать Игоря, — фыркает Денис, не отрывая взгляда от ноутбука.
Серёжа его до этого как будто и не замечал вовсе. Только сейчас поднимает на него осмысленный взгляд и хмурит светлые брови.
— Отвали от меня уже. Достал.
Денис даже отрывается от своего бессмысленного глядения в экран — это ведь Разумовский его сейчас послал? Тот самый, что лишний раз поднять взгляд боялся? Или это на него так действует отсутствие Игоря?
— Ты смотри, у тебя, оказывается, зубы есть? — усмехается Титов. — Или это ты только при Игоре из себя строишь нежный цветочек?
Серёжа привык, что с людьми у него никогда не складывается: так было в детдоме, так было и после. В том, что его постоянно цепляют, ничего удивительного нет, и причину неприязни конкретно этого персонажа Разумовский даже искать не хочет, но чувствует с самого начала, что Денис на него как на сущее зло смотрит.
— Я из себя ничего не строю. Просто надоело вечно натыкаться на твой недовольный взгляд. Если у тебя есть ко мне какие-то конкретные претензии, скажи, а если я просто тебе не нравлюсь, то потерпи немного. Решим всё здесь, разъедемся, и ты нас больше не увидишь, если пожелаешь.
Денис вскидывает брови и смотрит на Разумовского как на полного придурка.
— Нас? Ты сейчас о ком?
Серёжа тяжело вздыхает, будто Титов — ребёнок непутёвый и очевидных вещей не понимает.
— Меня и Игоря. Ну, и Юлю с Димой, конечно, если у тебя и с ними проблемы имеются.
— Игоря, значит? — усмехается Денис, сжимая пальцами панель несчастного ноутбука.
Ты посмотри, как этот рыжий всё замечательно решил. И всё в его голове вышло логично, не прикопаешься.
Денису хочется спросить: знает ли Игорь о его планах и готов ли податься с ним в бега, бросить любимую работу, друзей, город, который так яростно защищает, самого Дениса, в конце концов? А ещё больше хочется высказать Разумовскому всё, что накопилось за это недолгое время, дать понять, что Игорь ему вовсе не принадлежит, но в этот момент в комнату входит Гром, и весь запал Дениса сходит на нет. Не станет он, как жена ревнивая, на Разумовского кидаться, да и прав на это он не имеет. Потому Титов только в ноутбук утыкается, посматривая на Игоря из-под опущенных ресниц.