Путевая книга заключённого - Лефортовский дневник

Позже я узнал, что немало лефортовских «терроров» имели на Женю Петрова большой зуб. Тот в своих показаниях то одного «видел», то другого «опознал». Впрочем, мне их разборки были совсем не интересны. Однако это был мой первый сосед мусульманин, хоть и бутафорский.

Вторым соседом был жирный лентяй. Мошенник по уголовному делу и доносчик по слухам. На меня доносить уж было нечего, после общения с Лисом я стал давать следствию пусть и сказочные, но показания, то есть «спрыгнул с 51-й» и пошёл на контакт со следствием. Но со стороны мне было интересно наблюдать, как работают агенты. То невинные вопросы мягко перетекающие в домашний допрос, то провоцирующие подколы, выводящие на эмоциональные оправдания, то откровенные вопросы «в лоб».

Как-то Петров не выдержал и пообещал ночью заколоть соседа, как жирную свинью. В тот же вечер «террора» увели из нашей камеры. Напоследок он при всех заявил, что толстый из «оперских работничков» и посоветовал мне быть с соседом аккуратнее. Странно, но жирдяй ничего не сказал. Хотя нормальный человек за такие слова призвал бы к ответу.

В «хате» я замолчал как «рыба об лёд». И конечно же стал аккуратно предупреждать всех новых соседей о провокаторе. Его вызывали на допросы, после которых он всегда приходил с автомобильными журналами, а бывало и с «Плэйбоем». На мои удивлённые вопросы он горделиво рассказывал, как спёр у следака очередной журнал со стола. Думаю, он доносил за глянцевые картинки.

Толстый сосед очень любил поесть. После еды он целыми днями валялся на койке, уткнувшись в стену. Он фантазировал о богатстве. Такой уход от реальности мне был в новинку, и я поначалу считал, что тот притворяется. Но нет, сосед смотрел по телевизору «Квартирный вопрос» с «Дачным ответом» и потом визуализировал ремонт в своей несуществующей двухярусной квартире. К ней он подъезжал на последней модели BMW, что была вырезана из журнала и зубной пастой прилеплена на стену.