Путевая книга заключённого - Лефортовский дневник
- Автор: Мухачёв Антон Юрьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Путевая книга заключённого - Лефортовский дневник». Краткое содержание книги:
Буду писать о тех, кто мне чем-то интересен и о том, что не даёт оставаться спокойным. Вспоминать события придётся с самого начала....
Вместе с ними был арестован и начальник отдела безопасности. Первое время он тоже не признавал вину. Тогда его этапировали в «знаменитое» по беспределу омское СИЗО, и оттуда он вернулся уже совершенно иным человеком. Подписал всё, что требовали и рассказал всё, что хотели.
Однако и это не повлияло на супругов, они продолжали гнуть свою линию защиты. Начальнику безопасности суд выписал шесть лет и отправил его на зону. А через некоторое время Володя вышел на свободу прямо из Лефортово.
Случилось то, что случается раз в тысячу лет. Статью о контрабанде декриминализировали, и с ювелиров уголовное обвинение полностью сняли. Счастливые супруги как можно скорее уехали из приветливой и гостеприимной России.
Начальник безопасности остался сидеть дальше.
23. 10. 2010 - Сила слова
В очередной раз осознал, насколько же всё-таки могучая сила у обычного слова. А, значит, моя шариковая ручка – это тоже оружие. Попробуй, отбери теперь!
Не так давно я написал о видах «разводок» арестантов в Лефортово и смог передать их на волю. Рассказал и о пытках. Написал о жертве, указал и на палача. Заметки попали в Интернет.
И вот, спустя неделю, мой розовощёкий следователь высказывает недовольство: видите ли, я обидел «хорошего и доброго человека». Да и всех остальных разозлил. Ещё мой следователь умудрился ляпнуть: «Как ты можешь, Мухачёв, чёрных защищать, ведь ты националист?»
Это только подтвердило мои догадки, что тема пыток для «фэйсов» особенно неудобна. Молодому следаку в голубом мундире не понять, что я никогда и не был «против чёрных», а всегда был против той Системы, что даёт им зелёный свет. Разве сильный кавказец виноват в слабости русского? В этом виноват сам русский и та Система, что потворствует наглости одних, и запоям других. И сейчас моё «против» - это помощь Апти.
Но шмонать меня теперь стали намного тщательнее. На обысках служивые вчитываются в мои записи, пытаются разобрать мои каракули. Ещё недавно я писал красиво, работал над почерком, но сейчас наоборот, пишу, как усталый врач. Пусть мучаются.
На «ознакомке» один на один с адвокатом уже не оставляют. Само же ознакомление с уголовным делом вдруг стала стремительным, как никогда. Сегодня меня даже покормили отдельно, без очереди, лишь бы побыстрее привести в кабинет. Похоже следаку скомандовали «сверху» побыстрее со мной разделаться, без этого он бы хрен пошевелился. И всё это как раз после выхода в инете моей статьи о пытках. Ну что же, хоть ускорения «ознакомки» этим добился, уже хорошо. А утяжелит ли это мой срок, покажет время.
27. 10. 2010 - Лень, сон и толерантность
Снова навалилась апатия. Периодически это случается. Кто-то и вовсе в ней сидит месяцами, надоедая соседям и терроризируя родню на воле. Я же борюсь с тоской, как могу, но не всегда побеждаю. У этого чувства есть очень мощный союзник – лень.
Вот уже как три дня забиваю на спорт. После утренней прогулки снова ложусь спать. Сплю и по ночам. Стал перед сном есть хлеб, будто принимаю снотворное. Ничего не хочется и кажется, что всё уже предрешено. А коли так, к чему бултыхать лапками. История про активную лягушку и взбитое масло – сказка. В реальности её бы вместе с маслом намазали бы на бутер или перекинули бы в другой горшок, чтоб и там лапками повозила. И писать надоело. Посплю я, пожалуй.
Подумалось, что спать мне нравится не из-за лени. Сон – лучшее средство вырваться из этих стен. Ведь именно эти стены и нагоняют тоску. А ещё мне часто стали сниться мои Любимые. Очень скучаю. Пожалуй, только Любовь к ним мне и помогает толкать самого себя вперёд. Стать лучше, чем был. Не для себя, но для них. А, значит, завтра снова спорт и битва с ленью.
Ещё тюрьма учит толерантности. Самой обычной, без национальностей и религиозных различий. Терпимость к соседу в быту - та закалка, что пригодится и на воле. Нет, мой сосед самый обычный, за столом не пердит. Но жизнь вдвоём или втроём на восьми квадратных метрах имеет свою специфику.
Какой бы хороший человек ни был, рано или поздно его отрицательные стороны проявятся. Чавканье, нечистоплотность или храп с каждым днём будут раздражать всё сильнее. Когда человека любишь, ему многое прощается, списывается, а то и вовсе не замечается. Но тут, в Лефортово, нет ни того, кого бы я любил, ни того, кого бы я сейчас мог смело назвать хорошим человеком.
Но как-то мне удалось понять, что дело не в соседях. Они меняются, а раздражение остаётся. Недостатки одних меняются на «косяки» других. И если продолжать обращать на них внимание, то рано или поздно я кого-нибудь ночью задушу. Приходится учиться терпимости. Тем более, что ведь и меня тоже терпят.