Путевая книга заключённого - Лефортовский дневник
- Автор: Мухачёв Антон Юрьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Путевая книга заключённого - Лефортовский дневник». Краткое содержание книги:
Буду писать о тех, кто мне чем-то интересен и о том, что не даёт оставаться спокойным. Вспоминать события придётся с самого начала....
- Что?
04. 12. 2010 - Рутинные дни
Только тот, кто не может обрести веры внутри себя, нуждается в приобщении к ней снаружи, через стояние в толпе и соучастие в обрядах.
(М. Веллер)
...
На днях ездил в Мосгорсуд на очередной спектакль. Чудес не жду, как год назад. Езжу, только на свидания с Любимой. Смотрим друг на друга, обниматься давно не дают, конвой растаскивает.
На этот раз на улице было не +40, а –20, и я ехал не в микроволновке, как летом, а в морозильной камере. Не самые приятные ощущения. Пришлось всё время поездки думать о зеках Крайнего Севера где-нибудь в Норильлаге. От этих фантазий казалось, что мне не так уж и холодно. Последующие часы тупого ожидания в подвале суда тоже не вдохновляют на высокий слог. Каждый раз после этих маленьких и вонючих каморок с грязными стенами и тусклой лампочкой очень болит голова. Просто раскалывается. Я не могу даже представить, сколько здесь прошло людей за десятки лет со своими бедами, отчаянием, злобой и ненавистью. Стены впитывают годами чёрную энергетику и потом распространяют её вокруг себя точно чернильное облако вокруг спрута.
Ничего, скоро придётся ездить сюда постоянно - привыкну.
***
Учу соседа делить числа в столбик. При том, что он закончил не только школу, но и какой-то там институт в Ингушетии. Бывает, оказывается, и такое. Но, что интересно, спросил его: «Вот если тебе будет известно, что, сказав правду, сделаешь многим близким плохо или больно, то ты соврёшь?» «Нет, - отвечает, - скажу правду». «А если твоя правда брата в тюрьму отправит?» «Меня, - он говорит, - учили, что врать нельзя, я не буду врать ни при каких условиях». Вот смотрю и думаю, он ребёнок или святой, со статьёй терроризм?
* * *
Прочитал книгу Веллера «Всё о жизни» и тут же начал перечитывать её заново. Пожалуй, это наиполезнейшая для меня книга из всех здесь усвоенных. Интересное у него мировоззрение, и во многом оказалось схоже с моим. Но если о причине многих своих поступков я только догадывался, то Веллер смог их мне объяснить простым и доступным языком. Конечно, все его слова я не воспринимаю за чистую монету, но всё же, зараза такая, молодец еврей. Помог увериться в себе и в своих деяниях.
Прочь сомнения! И к суду стало готовиться ещё легче. Что бы в будущем ни случилось, какой бы срок мне ни влепили, это не станет для меня великим потрясением. Я готов ко всему. Моя вера в романтику – не наивность. Это энергия любви. О её силе я предполагал интуитивно. Теперь же мне её ещё и обосновали с точки зрения сухого материализма.
* * *
Кто понимает неизбежное, тот не дёргается понапрасну.
Надо обратить взор внутрь себя, и устремить усилия не к внешним вещам, над которыми ты часто не властен, а к внутреннему состоянию, когда даже при малом ты счастлив.
Так и живу.
14. 12. 2010 - Агентура
Вот уже две недели, как полное забвение. Ни адвокатов, ни «ознакомки». Опять всё затягивается. С одной стороны - хорошо, в феврале искать свидетелей легче, чем в начале года. С другой стороны — здесь всё уже так зае...! Я готов к судебным стычкам, к схваткам, к войне, но с такими «активными» адвокатами меня накрывает уныние. В последнее время настроение скачет вверх-вниз по десять раз на дню. То готов свернуть горы, то хочется забраться с головой под подушку и «отвалите вы все!»
В последних письмах Любимой перестал чувствовать её поддержку. Быть может я мнителен, а возможно и она устала. Однако мне от этого всё хуже и хуже. Зато появилась злость. Пригодится на суде.
* * *
Ровно год назад на волю вышел Лис. Мой бывший сокамерник, провокатор и агент ещё долго будет надоедать моей жене, втираться к ней в доверие, разводить её на деньги. И разведёт. И в квартире поселится. И еле-еле отвяжется. Помню, когда я наконец-то узнал из «задержавшихся» у следака писем, что этот «шакал» признаётся ей в любви и шантажирует моим здоровьем, у меня чуть сердце не остановилось. Бить стены Лефортово было бесполезно. Но я бил. И мечтал, что кара настигнет этого ублюдка ещё при этой жизни. Честнов — была его фамилия. Хотя он утверждал, что Юсупов. После него я ещё не раз попадал в камеры к «агентам влияния».
Как-то раз меня занесло сразу к двум. Конечно, кто они на самом деле, я узнал гораздо позже, а тогда они были «люди как люди». Один сосед, худощавый брюнет, специализировался на «террорах» и на тот момент только проходил обработку Системой. Вроде бы чеченец, а Женя Петров. Вроде бы мусульманин, а у следователей в кабинете покрестился. С виду мальчик, а по газетам – сборщик податей для Доку Умарова.