Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода

Осенью 1916 года Николай Иванович вернулся в Москву из экспедиции. Новости с фронта становились все тревожнее, забастовки учащались, а нехватка продуктов ощущалась все острее. Конец монархии был неизбежен – неясно было только, каким будет этот конец. В доме Вавиловых на Средней Пресне глава семьи Иван Ильич уже готовился к бегству в Европу, а мать пыталась хоть как-то прокормить семью. Единственная радостная новость пришла в дом лишь через два года, когда младшему брату Николая Сергею удалось бежать из плена. Он попал в германский плен под Двинском и спасся благодаря тому, что хорошо говорил по-немецки[76].

Однако Николай Иванович не падал духом. Каждый день он отправлялся на работу в «Петровку», не отвлекаясь на нескончаемые неприятные события вокруг. Вавилов уже сделал главный выбор в жизни. У него была своя революция: сажать, холить и лелеять крошечные зеленые ростки, дать им взойти и созреть и затем с их помощью преобразовать сельское хозяйство в России и во всем мире, чтобы избавить человечество от голода. Жизнь коротка. У него не было ни лишнего времени, ни склонности к политике или к участию в Гражданской войне. Для достижения высшей цели Вавилов готов был работать с любыми политическими структурами. Его проницательность и решимость помогали ему преодолевать преграды, трудности и неудобства смутного времени. Его грандиозный замысел требовал максимума внимания и тщательных научных исследований.

На экспериментальных полях «Петровки» были высеяны образцы сортов пшеницы и ржи, которые ученый привез из Персии и с Памира[77]. Весной 1917 года Вавилов опубликовал статью «О происхождении культурной ржи», в которой продемонстрировал, что рожь прошла путь, отличный от эволюции других старинных продовольственных культур, таких как пшеница и ячмень. Он высказал догадку, что, вероятнее всего, рожь впервые возникла как сорняк в горах Восточной Турции, Армении и северо-запада Ирана, то есть там, где суровый климат был непригоден для пшеницы и ячменя[78].