Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]

Русский человек ценил своё государство и знал, как им пользоваться. Русская жизнь никогда не была лёгкой, и комфорт никогда не был её главной или предельной целью (да и вообще особо значимой целью не был). Русские ценили полноту жизни и её историческую перспективу, уходящую как в прошлое, так и в будущее. Не будучи завоёванным народом – не в полной мере даже в период монгольского ига, – русские никогда не противопоставляли родину, страну, материнское начало существования государству, власти, отечеству. Монарх рассматривался как отец именно в аспекте доверия, уважения и любви к нему, а не только как начальник и собственник. Советское государство в этом отношении точно такое же абсолютно историческое, полноценное русское государство с прямым правлением государя и служилой элитой.

В условиях политической монополии, над-государственной власти личность и само существование государя приобретали ещё большее значение в качестве гаранта сохранения именно государственного способа существования для народа в целом (поскольку внутри партии он сменился общественной борьбой, не ограниченной каким-либо законом или иным порядком). Генсек в советский период был и государем, и главным лицом политической гегемонии – по-другому быть просто не могло. Этим во многом объясняется эффект «культа личности» всех красных монархов, а не только Сталина. Сегодня, когда мы вернулись к традиционному первенству государства в вопросах власти и обустройства жизни, защиты русского жизненного пространства, роль и значение государя по-прежнему определяются особенностью русского государства и продолжают русскую государственную традицию, не только не прерванную, но и подкреплённую советским периодом. Русский государь – это человек, обязанный «пропустить» государство «через себя» и гарантировать его своей жизнью, выразить человеческое лицо государства (без которого оно превращается в безответственную машину в неизвестных абсолютному большинству людей руках), а не просто поработать несколько лет избранным президентом. Вот этот феномен на протяжении всей русской истории превращал людей, призванных на эту руководящую роль, в нечто гораздо большее, чем они были до и вне этой роли, иногда неожиданно для них самих. Путинский период русской истории не является исключением.