Королевская кара (СИ)
- Автор: Клоденестра
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Королевская кара (СИ)». Краткое содержание книги:
Однако это взаимное счастье никак нельзя было назвать примирением. Кловис, несомненно, творил чудеса, но стоило его родителям остаться наедине, как это происходило на завтраках, между ними снова возникала непроницаемая стена отчуждения, недоверия и тоски. Тоски, разумеется, со стороны Кристиана. Кажется, никакая сила не могла растопить сердце Марио. Оно затвердело, словно глина, целую зиму простоявшая на морозе; и даже если ее бросить в печь, она не растает, а лишь расколется на несколько кусков, безнадежно испортившись. Кристиан пока еще этого не понимал, надежда все еще теплилась в его душе, но, несомненно, однажды ее постигнет уничтожение. В сущности, это был лишь вопрос времени.
В тот день они, как всегда, молча сидели за столом, так далеко друг от друга, что между ними запросто могло уместиться еще пятьдесят человек, и медленно завтракали; медленно, потому что аристократам не полагается проявлять поспешность, хотя, надо сказать, иногда Марио угнетала эта навязчивая норма этикета. Как всегда, в просторном зале стояла глухая тишина, лишь изредка нарушаемая отдаленным шумом с улицы. Этот завтрак ничем не должен был отличаться от множества предыдущих, но тут появился слуга в ярко-желтом сюртуке, и молчание раскололось под гнетом его голоса:
- Извините меня, - сказал он, поклонившись сначала Марио, а затем Кристиану, - я знаю, что не должен тревожить вас во время завтрака, но только что приехали ваши родители – они хотят немедленно встретиться с вами.
Услышав это, Марио непроизвольно вскочил, словно какая-то неведомая сила вздернула его на ноги. Его сердце отчаянно заколотилось, кровь схлынула с лица, страх подкрался к горлу, вызывая непреодолимую дрожь. Кристиан пришел в смятение, увидев его таким. Только теперь он вполне осознал, чем вызвано недоверие Марио, и насколько сильно он привязан к Кловису, что ради него согласился вернуться в эту семью. Дарроу задохнулся от ярости, неосознанно стискивая нож. «Что они с ним делали? Проклятье!»
- Марио, прошу, останься, - серьезно сказал он. – Ты здесь хозяин и можешь находиться, где угодно, независимо от того, что думают мои родители. Сядь, прошу.
Как ни странно, его слова привели Марио в чувство. Он поспешно закивал, испуганно озираясь; очевидно, его одолевало желание ринуться к сыну и удрать вместе с ним как можно дальше от этого дома. Но он сдержался, сел на место и со страхом глянул в сторону двери. Ему казалось, что ужасы прошлого снова настигают его, стремясь всецело поглотить. В то же время он понимал, что должен остаться. Это не в его характере – уступать место врагу, когда он имеет все основания идти против него. К тому же, он не мог упустить возможность проверить, насколько правдив Кристиан в своем раскаянии.
С трудом подавляя волнение, Марио выпрямился на стуле, откинул волосы на спину. Теперь-то все станет ясно. Сердце его застучало еще сильнее. Он прямо чувствовал, как свирепые удары проходят через органы, сотрясая тело. Паника решительно не хотела угасать. Ведь это прошлое, мрачное, смертельно жуткое прошлое готово устремить на него свои надменные, отвратительные глаза. Прошлое, пытавшееся разлучить его с сыном. «Как страшно! Почему мне так страшно? Я должен успокоиться. Они не могут ничего мне сделать. Они не тронут Кловиса. Кристиан не предаст меня! Кристиан… Кристиан… Да разве я могу ему верить!? Это ведь все из-за него! Ненавижу!» Марио вдруг охватила страшная мысль, что Кристиан не намерен защищать его, а с легкостью подчинится воле Карла. Бедняга хотел уже встать и ринуться прочь из зала, но было слишком поздно. Старшие представители семьи Дарроу величественно вплыли в зал – леденящие душу призраки прошлого.
Карл нисколько не изменился за прошедшее время. Правда, черты его лица странно заострились, словно темные мысли, которым он предавался изо дня в день, источили остатки его красоты. Глаза его как будто уменьшились, стали тусклыми и в то же время жутко пронзительными; от его взгляда сердце охватывал ужас. Мишель заметно пополнел, отчего стал выглядеть еще трухлявее и обтерханнее; даже в парчовом наряде, усеянном золотыми пуговицами, он казался поразительно жалким и отталкивающим. Как и в прежние дни, его лицо излучало показное смирение и нелепую веселость. Он всячески старался выглядеть ничего не понимающим, наивным и совершенно простодушным стариком, каким, конечно, отнюдь не являлся.
Изящно вытягивая руки, Карл направился к Кристиану:
- О, Кристиан, сынок! – его тусклые глаза жадно сверкали. – Как мы скучали!
Дарроу хладнокровно смотрел ему в глаза. Карл остановился в шаге от него и мягким тоном проговорил:
- Мы, конечно, хотели предупредить о визите, но Мишель настоял на том, что это будет сюрприз.
- Да, да, я настоял, - закивал Мишель Дарроу и то, как он произнес эти слова, подсказало Кристиану, что это совершенная ложь.
- В тот день ты разгневался на нас, - с укором заметил Карл. – Мы очень расстроились и долго не могли решить, что теперь делать. Но прошло столько времени, Кристиан. Я думаю, ты уже давно раскаялся в том, что совершил. За это время мы все успели о многом подумать. Я уверен, ты давно хотел перед нами извиниться, но, видимо, опасался смотреть нам в глаза после того, что наговорил. Но ничего. Как могут родители долго сердиться на свое дитя?
- Верно, никак, - подтвердил Мишель, невольно поглядывая на Марио, замершего в дальнем углу стола.
Кристиан насмешливо глядел на них. Раньше он воспринимал их порочную натуру, как должное, совершенно бесчувственно и равнодушно, а иногда даже с восхищением; теперь же они приводили его в бешенство.
- Да, вы правы, - сухо сказал он. – За это время я о многом успел подумать. И знаете, к какому выводу я пришел?
- К какому же? – ласково спросил Карл, видимо, ожидая бурных сцен раскаяния.
- Я понял, что вы должны извиниться перед Марио, - угрюмо сказал Кристиан.
Повисла отупляющая тишина. Марио сжался, с трудом сдерживая панику. Несколько минут Карл в полном изумлении смотрел на сына. Затем тихо прошелестел:
- Что ты сказал?
- Вы должны извиниться перед Марио, - холодно повторил Кристиан. – Вы поступили с ним жестоко и несправедливо, хотя, конечно, в этом есть и моя вина. Однако я уже давно покаялся, а вам это и в голову не приходит. Почему вы не смотрите в его сторону? Почему не приветствуете моего мужа?
- Что ты такое говоришь? – Карл старался выглядеть испуганным и изумленным, но на самом деле его душила одна только ярость.
- А что я такое говорю? – хмуро спросил Кристиан. – Мне кажется, вполне разумные вещи. После того, что случилось, вы должны умолять Марио о прощении, а не игнорировать его. Меня это, черт возьми, не устраивает! Да, не устраивает! Ваша гордость разрушила мою жизнь! Нелепая ненависть к давно исчезнувшему роду! Что самое страшное, вы и меня сделали таким же! Я считал, вам полагается быть мудрыми, дальновидными людьми, а что на самом деле? Гнусные козни и постыдное высокомерие! Я знаю, что не должен говорить такие вещи, но это не моя вина. Меня к этому принудили! Марио дорог мне, и я считаю, что вы должны относиться к нему иначе! Это не его проклятье, что наши семьи враждовали много лет. И, конечно, не его вина, что он родился в семье Андреасов!
- Как ты смеешь произносить это имя? – разъяренно прошипел Карл. – Как ты смеешь!?
- Как я смею? Очень просто! Марио ни в чем не виноват, и я не позволю унижать его только потому, что вы мои родители! Я сам поступал с ним, как последняя скотина, но с этого момента довольно! Вы не правы! А потому должны извиниться. Для меня нет никого дороже Марио и, говорю вам, я не позволю вредить ему! Вы и так уже достаточно сделали, хотя могли примирить нас и все исправить! Подавите гордыню и извинитесь. Это то, что вы должны сделать, если у вас есть хоть капля человечности и мудрости.
На лице Карла появилась свирепая ухмылка. Он весь затрясся, покраснел, взмок, глаза его заслезились и помутнели, словно он долгое время, не моргая, смотрел в одну точку: