Ойроэн

Будто подтверждая мои мысли, Вей вздохнула:

– Так сладко малыши пахнут... Я уж и забыла каково это. Шиа – наша единственная внучка, и она уже вон какая большая выросла. Скоро, небось, совсем слушаться перестанет.

Про Кайзу и его семью я не знала ровным счетом ничего, но чутье подсказало, что лучше и не спрашивать. Уж точно там без скверных историй не обошлось, ведь степные люди редко, когда имеют меньше трех-четырех детей в семье, а значит, и внуков должно быть еще больше.

– Слабый он, – сказала я, отпив молока. – Потому что родился до срока.

Хотела добавить, что боюсь, как бы навсегда таким хилым не остался, но смолчала – мало ли какие злые духи могут подслушать этот разговор и подтолкнуть судьбу моего сына не в ту сторону.

– Ничего, – утешила меня Вей и поудобней перехватила Рада, который уже весь извелся, желая дорваться до моей груди. – Все с ним будет хорошо. Я видала тех детей, что рождены до срока и не получили достаточно сил, чтоб вырасти крепкими и здоровыми. Твой сын на них не похож. Посмотри, как велика его жажда жизни! Он маленький, но не такой уж слабый. Вот увидишь, этот мальчик еще обгонит тебя на скаку.

В этот момент Рад не выдержал и наконец разорался, требуя того, что принадлежало ему по праву.

Я забрала его и приложила к груди, думая о том, что Вей, наверное, права. Будь мой сын слабым, он бы вовсе не сумел сосать молоко и так сердито распинывать свои мокрые пеленки.

– Что тебе Кайза сказал? – спросила я Вереска, который сидел все это время молча, только жевал и слушал нас.