Россия, Речь Посполитая и Швеция в середине XVII в.
- Автор: Заборовский Лев Валентинович
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: История
Электронная книга - «Россия, Речь Посполитая и Швеция в середине XVII в.». Краткое содержание книги:
Осложнилось положение в княжествах после перемены на валашском троне[178]. Вплоть до народного восстания в Валахии весной 1655 г. отношения нового господаря с трансильванским князем и молдавским воеводой сложились не особенно благоприятно, не стремился он и к единению с Речью Посполитой[179]. Все это толкало К. Щербана на очень осторожные (из-за опасности турецко-татарских репрессалий[180]) поиски путей сближения с Украиной и Россией, реализованные с началом русско-польской войны.
Политика Георгия Штефана по-прежнему оставалась двойственной. Господарь оказывал Речи Посполитой военную и дипломатическую поддержку, но продолжал и контакты с Б. Хмельницким[181]. В Москве и Чигирине проявляли осторожность во взаимоотношениях с воеводой. Так, в ответной грамоте царя на посольство И. Григоре, которую повез дьяк Т. Перфильев, в общей форме выражалось согласие принять Молдавское княжество «под царскую руку», но конкретное решение откладывалось до дальнейших переговоров; последние зависели от предварительной консультации дьяка с украинским гетманом[182]. Хотя эта инициатива не получила развития, связи с Молдавским воеводством не прекратились. Русские и украинские дипломаты понимали, что в конечном счете направление политики Георгия Штефана определялось соотношением сил между борющимися лагерями[183]. Уже в предвоенную пору выяснилось, что расчеты варшавского двора на привлечение трех княжеств к крымско-польскому союзу и формирование широкой лиги нереальны. Более того, развивавшаяся в политике Дьердя Ракоци II тенденция к сближению с польско-литовской оппозицией могла стать опасной для единства Речи Посполитой.
3. Политика Швеции накануне русско-польской войны[184]
В первой половине 1654 г. окончился долгий период определенного кризиса власти в связи с желанием Кристины отречься от престола. 25 февраля королева сделала на риксроде окончательное заявление о предстоящем отречении, 16 июня Карла Густава короновали[185]. Но по-прежнему оставались нерешенными важнейшие проблемы внутренней жизни страны, в том числе финансовая и редукции розданных короной земель, имуществ и т. д. Осложнилось международное положение государства из-за начатых по инициативе королевы военных действий против г. Бремена, что ухудшило шведские позиции в Германии, обострило отношения с императором и особенно с Нидерландами[186]. Все это привело к тому, что реакция стокгольмских властей на множившиеся в 1653 г. свидетельства неизбежности русско-польского столкновения, как и на окончательные сведения об этом в январе-феврале 1654 г., была довольно осторожной, хотя и благожелательной к России[187]. Она объяснялась также хорошими русско-шведскими отношениями и нестабильностью контактов с варшавским двором, прерванных после второго Любекского конгресса.
В правящих кругах Речи Посполитой считались со шведской опасностью; на нее указывал, например, Я. Радзивилл[188]. Было запланировано посольство в Стокгольм во главе с 3. Горайским с целью предотвратить возможный русско-шведский союз или даже обеспечить помощь Швеции против России[189]. Получив известие о близком отречении Кристины, Я. Лещиньский отметил, что оно делает более вероятным конфликт между Речью Посполитой и Швецией, и изложил программу предупреждения или хотя бы оттягивания его, осью которой была интенсификация переговоров, с уступками в болезненных вопросах титулатуры и временным отказом от притязаний Яна Казимира[190]. Если учесть бременскую войну с ее опасностью международных осложнений и активизацию усилий французской дипломатии в деле достижения польско-шведского примирения, то соглашение было реальным[191]. Но в Варшаве не спешили к новому туру контактов со Швецией, что определялось более всего позицией королевской семьи, не желавшей расставаться со своими «правами» (Речь Посполитая не была тогда готова и к уступкам в вопросе о Лифляндии). Возможно, Ян Казимир рассчитывал на успех начатых уже давно[192] переговоров с Нидерландами о защите обоюдных интересов на Балтике. С учетом ухудшения нидерландско-шведских отношений это был целесообразный путь. Дискуссии приняли реальный характер с конца 1653 г., а 14 марта 1654 г. Генеральные Штаты обсудили и приняли проект оборонительного союза для обеспечения свободы судоходства, торговли и рыболовства на Балтике, в Северном море и в Ла-Манше для передачи Н. де Биэ[193].
178
18 апреля умер Матей Басараб, его сменил Константин Шербан.
179
Крымские дела, 1653 г., № 17, л. 135–136; АЮЗР, т. X, с. 668; Документи, с. 359; Жерела, т. XII, с. 321–322; DAMT, v. X, р. 282–286; Okmånytår, 23 köt., 148–150 I.
180
Исторические связи, т. II, с. 256.
181
АЮЗР, т. VIII, с. 377–380; т. X, с. 580, 667–668; Документа, с. 367; Жерела, т. XII, с. 308–313, 320–323.
182
Дата грамоты — между 11 и 14 апреля 1654 г. Исторические связи, т. II, с. 249–250. Не вошло в нее предварительно намеченное предложение направить вскоре в Москву послов для обсуждения «статей».
183
АЮЗР, т. X, с. 603–604, 774–775; Исторические связи, т. II, с. 250–253. Неверна точка зрения М. Грушевского, объяснявшего неудачу русской акции, в частности, стремлением украинской старшины и самого гетмана помешать «московской экспансии» на Балканах (Грушевський М. Історія України-Руси…, с. 905). Вся эта схема сконструирована историком искусственно и не находит, как приходилось уже указывать, подтверждения в источниках.
184
Решение данной темы в историографии представляется автору недостаточным. Так, Б. Кентржинский считает восточную политику Швеции в это время совершенно пассивной, второстепенной сравнительно с западным сектором, указывая на кардинальную перемену с появлением на троне Карла X (Kentrschynskyj В. Karl X Gustav inför krisen i öster 1654–1655.— KFÅ, 1956, s. 21–35). C. Олофссон полагает, ссылаясь на отсутствие соответствующих дискуссий в риксроде, что события на востоке тогда вообще мало интересовали стокгольмских руководителей, а в отношениях с Польшей стремились к сохранению статус-кво (Olofsson S. J. Efter westfaliska…, s. 527–536). Б. Осард высказывает мнение, что после неудачи второго Любекского конгресса шведские феодалы твердо ориентировались на войну с Речью Посполитой (Asard В. Upptakten till Karl X Gustafs anfall mot Polen 1655. Till frågan om krigets mål och medel. — KFÅ, 1970, s. 11–34). Это слишком прямолинейное представление подвергнуто критике в советской и шведской литератупе. См.: Заборовский Л. В. Политика Швеции накануне Первой Северной войны (вторая половина 1654 — середина 1655 г.). — В кн.: Вопросы историографии и источниковедения славяно-германских отношений. М.: Наука, 1973, с. 208–210; Stade А. Geneza decyzji Karola X Gustawa o wojnie z Polską w 1655 r. — In: Studia i materiały do historii wojskowości, 1973, 1. XIX, cz. 2, s. 59.
185
Olofsson S. J. Drottning Christinas tronavsägelse och tronförändring. Uppsala 1953, s. 183–211.
186
Заборовский Л. В. Политика Швеции…, с. 209–210; Olofsson S. J. Efter Westfaliska…, s. 444–458. 8 апреля 1654 г. шведы открыли кампанию, ставшую для них успешной со второй половины августа — начала сентября. Война, в том числе благодаря посредничеству Бранденбурга, была приостановлена (перемирие от 1 октября), а завершена договором в Стаде 4 декабря.
187
Шведские дела, 1653 г., № 2, л. 126–127; 1654 г., № 1. л. 63–78 об., 119–134; Olofsson S. J. Efter Westfaliska…, s. 526–536.
188
В письме, примасу А. Лещиньскому, 10 октября 1653 г. (Kotlubaf Е. Życie Janusza Radziwiłła. Wilno; Witebsk, 1859, s. 389–393).
189
Шведские дела, 1653 г., № 4, л. 147–148; UA, Bd. 6, S. 688–689; Linage de Vauciennes, t. III, р. 332–333; Olofsson S. J. Efter Westfaliska…, s. 533–535.
190
В письмах от 5, 6 и 10 апреля 1654 г. (Kubala L. Wojna szwecka w roku 1655 i 1656. Lwów etc., 1913, s. 24). Я. Лешиньский высказал совершенно справедливое мнение, что подобный метод действий покажет шведским сословиям нежелание Речи Посполитой давать повод к столкновению и тем самым затруднит финансирование войны.
191
Grönebaum F. Frankreich…, S. 13. Такое мнение высказал позже в донесении от 26 декабря 1654 г. III. д'Авогур. Carlson F. F. Sveriges historia under konungarne of Pfalziska huset. I d.: Carl X Gustaf. 2 uppl. Stockholm, 1883, s. 171–172.
192
Через резидента Речи Посполитой в Гааге и личного агента короля Н. де Биэ с 1650 г. и с голландскими представителями на втором Любекском конгрессе.
193
Получил прощальную аудиенцию у Соединенных Провинций около середины апреля 1654 г., привез документ в Варшаву примерно 23 июня во время чрезвычайного сейма.