Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Постоянный парламент и постоянная армия подобны тем близнецам, которые срослись в нижней части тела и разделены лишь выше пупка; они родились вместе, и ни один из них надолго не переживет другого1000.

То же самое можно сказать о единственной древней и подлинной силе нашей нации, законном ополчении, и о постоянной армии. Ополчение должно и может служить лишь свободе Англии, потому что иначе оно уничтожит само себя, но постоянные войска могут служить лишь прерогативе монарха, обеспечивающего им праздное существование и довольствие1001.

Когда в 1642 году началась Гражданская война, король и парламент оспаривали друг у друга право контролировать собиравшееся в графствах народное ополчение. Пока войска не оказались реорганизованы по новой модели, военные действия велись этими силами – единственными, которыми Англия на тот момент располагала. Некоторые противники протектората Кромвеля из рядов армии принадлежали к тем идеалистам «нового образца», которые по-прежнему считали себя частью вооруженного народа и с негодованием отвергали мысль о непосредственном подчинении главе государства. Реставрация 1660 года – которую саму по себе отчасти можно приписывать усилиям армии, стремившейся скорее к расформированию, чем к бесплатному постою, – несла с собой однозначное намерение передачи контроля за ополчением королю; однако такой контроль уравновешивался другим негласным, но не менее однозначным решением, в силу которого под начало короля была передана лишь народная милиция графств – вооруженные фригольдеры во главе с джентри в роли их предводителей. Сохранились рукописные трактаты, авторы которых, вдохновляясь теорией Харрингтона, признавали, что монарх обоснованно нуждается в ополчении, которое зависит от него1002. Отдельные приверженцы такого порядка по той же самой причине сожалели об отмене владения землей на правах вассала: феодальный сеньор для них был воплощением Англии, где участок земли каждого собственника обязывал его к службе и верности1003. Именно в период Реставрации возникло понимание, что король должен командовать войсками, но лишь теми, что может предоставить страну вооруженными собственниками. Любая же попытка короны умножить свою военную мощь неизбежно затрагивала весьма чувствительный нерв. «Гвардия состоит из наемников, а потому опасна», – заметил один решительный спикер, выступая в палате общин1004.