История инквизиции
- Автор: Ли Генри Чарльз
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-699-20812-8
- Переводчик: А. В. Башкиров
- Жанр: История
Электронная книга - «История инквизиции». Краткое содержание книги:
Наоборот, духовные наказания инквизиции были оружием в руках небольшого числа людей, избранных за их энергию, и никто не мог безнаказанно относиться к ним без уважения; к тому же светские власти были обязаны изгонять всякого как еретика или сторонника ереси, кого отлучит от Церкви инквизитор, и конфисковать его имущество.
На вечные времена. Иллюстрация XIX в.
Не без основания инквизиторы хвалились, что их проклятие по четырем причинам могущественнее проклятия остального духовенства: они могли заставить светскую власть признать отлученного вне закона; они могли принудить ее конфисковать его имущество; они могли осудить как еретика любого, который оставался отлученным в течение года; и, наконец, они могли отлучить всякого, кто стал бы поддерживать сношения с отлученным. Таким образом, инквизиция добилась, чтобы беспрекословно слушались ее призыва и подчинялись налагаемым ею наказаниям. Для приведения в исполнение своих приговоров она пользовалась услугами светской власти; она устраняла все законы и статуты, которые противоречили ее судопроизводству; она подтверждала, что Царствие Божие, представляемое ею на земле, было выше царств земных. Из всех отлучений самым страшным было отлучение инквизитора, и самые отчаянные не решались бравировать им, так как они знали, что за это им грозило в близком будущем ужасное мщение.
Ведьмы в руках правосудия. Немецкая гравюра. Фрагмент.
Глава XIII Конфискация
Хотя конфискация, как мы покажем сейчас, лишь в слабой степени была прямым делом инквизиции, однако граница была здесь скорее номинальная, чем действительная; ведь, в сущности, даже там, где инквизитор не объявлял конфискации, она сама собой вытекала из его приговора. Поэтому она представляла одно из самых страшных наказаний, применение которого зависело от власти инквизитора, и на ней стоит остановиться более подробно.
Конфискация была предусмотрена в римском праве. Правда, императорские эдикты против еретиков, при всей их жестокости, не доходили до того, чтобы косвенно наказывать невиновных; даже тогда, когда присуждались к смертной казни ненавидимые всеми манихеи, их имущество не подвергалось конфискации, если их наследники не были наравне с ними еретиками. Дети, оставшиеся верны религии, наследовали своему отцу-еретику, который, в силу своей ереси, не мог ни лишить их наследства, ни оставить духовного завещания. Иначе обстояло дело при обыкновенных преступлениях. Всякое осуждение к ссылке или к каторжным работам в рудниках влекло за собой конфискацию, хотя жена осужденного могла потребовать себе вдовью часть и все, полученное ею в дар до совершения преступления; то же могли сделать и дети, освободившиеся от рatria potest as. Все остальное принадлежало фиску. В случаях оскорбления величества или измены виновный мог быть осужден даже после смерти; тогда его имущество подвергалось конфискации, так как оно переходило в фиск с того момента, когда было задумано преступление. Эти законы Восточной Римской империи представляли арсенал, откуда заимствовали Папы и короли, чтобы сделать преследование ереси привлекательным и выгодным.
Король Рожер, занимавший сицилийский престол в течение первой половины XII века, повидимому, первый применил римский закон, предписав конфискацию имущества всех тех, кто отпал бы от католической веры, – все равно, в восточное православие, магометанство или иудейство. Но Церковь не снимет с себя упрека в том, что она ввела это во все законодательства Европы как наказание за преступления в вопросах внутреннего убеждения. Большой Турский собор, бывший в 1163 году под председательством Александра III, предписал всем светским князьям заключать еретиков в тюрьму, а имущество их конфисковать. Луций III, грозя еретикам конфискациями, попытался в своих Веронских декреталиях 1184 года повернуть в пользу Церкви все конфискуемые имущества. Одним из первых действий Иннокентия III, в его двойной роли светского князя и главы Церкви, было издание эдикта к своим Витербским подданным, в котором, между прочим, говорится следующее: "Мы повелеваем, чтобы в областях, подчиненных нашему светскому суду, имущества еретиков подвергались конфискации; что касается остальных стран, то мы повелеваем, чтобы эта мера применялась светскими князьями под страхом наложения на них духовных наказаний. Имущества еретиков, отрекающихся от ереси, не будут возвращены им, если только не будет благоугодно кому-нибудь сжалиться над ними. По закону виновные в оскорблении величества наказуются смертью и имущество их конфискуется, лишь из милости детям их оставляется жизнь; равным образом, и с гораздо большим основанием, должны быть отсечены от Христа и лишены имущества те, кто уклоняется от веры и оскорбляет Сына Божьего, так как гораздо больше вины посягать на величие Божье, чем на величие земного владыки".[115]
115
По всей вероятности, имения Петра Морана Тулузского были конфискованы в 1178 г. в пользу графа на основании Турского канона; Морану было позволено выкупить их, внеся штраф в 500 серебряных ливров. Декрет Альфонса II Арагонского против вальденсов, изданный в 1194 г., распространяет конфискацию и на покровителей ереси, но мы не находим следов применения этого декрета, равно как и последующих канонов Жеронского собора 1197 г. То же можно сказать об эдиктах Генриха VI, изданных в 1194 г. и повторенных Оттоном IV в 1310 г.