Белый морок. Голубой берег
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #2
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Белый морок. Голубой берег». Краткое содержание книги:
— Что ж там думать? В отряд нужно было побыстрее возвращаться. — сказала Клава.
— Все это правильно, однако ж фриц, автомашина…
— Так я и поверю, что вы не знали, как избавиться от эсэса и его кареты!
— А если бы возвратились в отряд с пустыми руками, кто бы нам поверил, что не дезертировали мы с поля боя? — хитро прищурил глаз Заграва. — Да и жаль было, по правде говоря, уничтожать такую быструю легковушку. Целая же целехонькая! Вот мы и решили доставить ее на сохранение к Мокрине. Так сказать, повторили козырный ход Ефрема Одарчука.
— Так из вас же никто не умеет водить автомобиль! — вырвалось у Артема.
— В том-то и дело. Но выход все равно нашли. Неподалеку за жнивьем был перелесок. Так мы с эсэсовским чином вручную откатили туда «опель», заменили простреленное колесо запасным. Потом Мансур остался там стеречь связанного пленного, а я, переодевшись в мундир шофера, метнулся в ближайшее село Шибене. Реквизировал на общественном дворе пароконку, якобы для нужд немецкой армии, и назад. А когда совсем свечерело, подцепили на буксир авто да и направились по глухим дорогам к Мокрине в гости. Ну а под утро без особых приключений добрались до лесничества. Мокрина, скажу вам, розой расцвела, когда нас увидела, на радостях не знала, что делать. И переодела нас, и накормила. Да все допытывалась: куда это мы запропастились, почему Ефрем к ней не наведается? А что мог я ей ответить?.. Ну, подкрепились там, передохнули, а потом запрягли коней, уложили на дно бестарки связанного эсэса да и взяли курс к Змиеву валу. Знали ведь, что вас на Тали уже нечего искать.
— По заднице за такие фокусы нужно бить! Мы все дни места себе не находим, а они, вишь, по гостям разъезжают, — сказал Артем сурово. Но не было уже в его сердце ни гнева, ни осуждения. Более того, про себя он одобрял действия партизан, тайком даже гордился их изобретательностью. Такие и сами не пропадут, и других не подведут!
— Кто же говорит, что не нужно? Ясное дело, нужно, — охотно согласился Заграва, почувствовав, что буря уже пронеслась стороной. — Влипли мы с этим «опелем» как последние сопляки. А потом, как на грех, еще и заблудились. Вот и блуждали по лесам, пока к Тали не прибились. Ну а уж оттуда по вашим следам сюда чесали. Эсэс пленный чуть было богу душу не отдал, начисто его растрясло.
— А где он сейчас?
— Да, видимо, до сих пор еще возле копанки отпыхивается да отплевывается под надзором Мансура. Они же, видите ли, не привычны под охапкой сена да с кляпом во рту путешествовать. Может, привести, посмотрите на их синемордость?
Никакого эсэсовца не хотел сейчас ни видеть, ни слышать Артем. О чем он мог говорить с каким-то головорезом? Его вполне устраивало, что возвратились живыми-здоровыми Василь с Мансуром. Но иначе рассудил Ляшенко. Его, собственно, тоже мало интересовал пленный, но ведь хлопцы из-за этого фрица жизнью рисковали…
— А почему же, веди. Посмотрим, что за птицу вы поймали на своей «охоте».
Заграва только этого и ждал. Вихрем вылетел из шалаша и мгновенно направился к болоту. Но через минуту вернулся малость обескураженный, с кривой улыбкой на устах:
— Не гитлеряка — напасть какая-то…
— Что, сбежал? — встревожилась Клава.
— Этого только не хватало! Сидит под надзором Мансура возле копанки, а сюда, хоть убей, не хочет идти. Бормочет что-то по-своему, но что именно… — И Василь беспомощно развел руками.
Пришлось Ксендзу отправиться на переговоры.
— Пленный требует, чтобы ему дали возможность привести себя в порядок и побриться. Дескать, он офицер и не привык представать перед начальством заросшим, неумытым, измятым, — сообщил Сосновский, возвратившись в командирский шалаш.
— Хитрит негодяй! — прищурил глаз Василь. — Хочет бритву в руки получить, чтобы потом…
— Я приказал Мансуру дать пленному возможность умыться и побриться, — пропустил мимо ушей замечание Загравы Ксендз.
— Леший с ним, пускай марафетится, — махнул рукой Артем. И тут же к Ляшенко: — Так под вечер, может, созовем командирское совещание? Пора бы уже обсудить отчеты командиров всех подразделений, которые ходили на Пущу-Водицу.