Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Покончив с мятежниками, Мурад II в 1422 г. осадил Константинополь. Конечно, турецкое войско было еще не настолько сильным, чтобы захватить столь укрепленный город, как Константинополь. Но 10 тысяч турок, вооруженных пушками, являли все же собой грозную силу. Мнительный, как все восточные люди, султан желал захватить византийскую столицу именно 24 августа – один дервиш предсказал ему эту дату как день гибели Римской империи. И в этот день османы пошли на штурм, загремели пушечные выстрелы, небо закрыли летящие на город стрелы.

Византийцы яростно отбивали атаки врагов, надеясь только на помощь Богородицы и на себя. Сам наследник престола Иоанн Палеолог стоял в первых рядах сражающихся у Ворот Романа. В конце концов турки с большими потерями отступили. Как рассказывали очевидцы, в самый разгар боя на крепостных стенах появилась Пресвятая Богородица, внесшая невероятную радость в сердца защитников Константинополя и страх в души османов. Ромеи, почувстовав в себе новые силы, прыгали от радости, хлопали в ладоши и воспевали псалмы, османы сникли. Штурм захлебнулся, и вернувшиеся в лагерь турки под клятвой подтверждали султану реальность произошедшего события[962].

Правда, другие отряды османов проникли на юг Пелопоннеса, разрушив оборонительные сооружения византийцев на Коринфском перешейке, и произвели страшный разгром Мореи[963].

В 1423 г. пришлось решать судьбу Фессалоник, осаждаемой турецким полководцем Турханбеем. У Империи не осталось никаких сил, чтобы помочь Фессалоникам, и пришлось продать второй по величине город Византии венецианцам за 50 тысяч золотых монет. В это же время в Эфес, где располагалась ставка султана Мурада II, прибыли с просьбой подтвердить мир византийские послы. Подумав, осман согласился, но на очень тяжелых для Византии условиях. Кроме Константинополя, у Империи оставались всего лишь ближайшие к Черному морю города: Деркос, Анхиал, Месемврия. А из всей Фессалии ей теперь принадлежала только крепость Зейтун, да и то потому, что османы никак не могли ее захватить. Кроме всего прочего, ежегодно император обязался выплачивать османам 300 тысяч золотых монет.