В долине смертной тени [Эпидемия]

— Буду ждать этого момента, — снова максимально осторожно ответил Шевардин.

— Ждать осталось недолго. Пока же скажу только одно: вам предстоит выполнить очень ответственное задание.

— Я готов.

— Не сомневаюсь, вы офицер и патриот.

— Именно так и есть, — подтвердил Шевардин.

— Это как раз то, что в данный момент необходимей всего. Уверен, что мы в вас не ошиблись. В накладе не останетесь, вам давно пора присвоить очередное воинское звание. Вы его можете получить в самое ближайшее время.

— Служу России! — на всякий случай произнес Шевардин, полагая, что немного пафоса в данной ситуации будет не лишним.

— Именно, речь идет о службе России. Я с вами скоро свяжусь.

Шевардин положил в карман телефон и с облегчением выдохнул из себя воздух. Было о чем задуматься. И прежде всего о том, что это за задание и против кого направлено? Он не первый год служит в конторе и отлично представляет, что все указывает на то, речь дело идет о серьезном деле.

Какое-то время он прикидывал, что это может реально быть и кто окажется жертвой, если речь идет именно об этом? Хотя никогда нельзя быть уверенным, что задумали в руководстве конторы или, возможно, еще выше? Он неоднократно сталкивался с тем, что ожидал одно, а на деле было совсем другое. Но скорее всего, не в этот раз.

Шевардин поймал себя на том, что ему вовсе не хочется быть крайним. А именно им его они и собираются сделать. Но никаких возможностей этого избежать, у него нет. Не вступать же в противостоянии со всей системой. Она его раздавит, как клопа, и даже не заметит. Он же не известный блогер или борец с коррупции, а всего лишь скромный офицер органов безопасности. О нем абсолютно никому неизвестно. И уж тем более не ему вставать на пути этой безжалостной и могучей машины. Более всего на свете он дорожит собственной жизнью, а она находится в чужих руках. Пока он лоялен, он почти в безопасности, но если перейдет некую незримую границу, то даже не заметит, как мгновенно превратится в жертву. Сколько было таких; некоторых знал лично, а о большинстве даже не слышал. Он существует в абсолютно беспощадном мире, где ты или тебя. Третьего не дано, в этом он убеждался многократно.