Делай, что можешь [litres]

– Молодец! – шуруя пальцами по гладкой шерсти, пробормотал. «Такую зверюгу завалила, хищница». Это уже мысленно, но не иначе, уловила одобрительный посыл.

Моментально включился мурчатель. Уж с кем с кем, а с животными у меня замечательный контакт. Только не ясно, можно ли назвать киску домашней, если ведет себя по-прежнему независимо и пользы особой от нее не наблюдается. Любопытно, в других домах тоже такое поведение демонстрируют? Эта ведь еще и умная. По двору идет так, чтоб пес достать не мог, твердо зная ограничение цепи.

– Николка! – позвал голос из-за ограды.

Поднял голову. Два мужика стоят за забором и смотрят. Быстрый поиск по «галерее» лиц, сознательно отобранных в отдельную «книгу» памяти. Наверняка не все, в режиме реального времени просматривать воспоминания еще много лет. Взял за последний месяц выборку с кратким примечанием – имя, фамилия, занятие. А то иные проходят под странной графой: отец, будто второй, но явно не кровный; фискал, фараонская рожа, алкаш, ублюдок и тому подобное. Клички, прилепленные матерью, а что означают, пока неизвестно. Один из этих снаружи все ж хорошо знаком, пусть и нелюбим родительницей как старый папашин приятель. В смысле бухают вместе по праздникам, но не пьяница, а на заводе мастер. Правда, что есть «завод», Николка представлял крайне смутно, мысленно видя какие-то двигающиеся невразумительные штуки и множество людей, а я и вовсе не пытался догадаться. Может, там пять человек трудятся. Рано или поздно сподобимся выяснить, а пока причины озаботиться нет.

– Кость Ваныч?

Второй, неопознанный, сухо хохотнул. Причина осталась неизвестной.

– Сюда поди.

– Чё? – спросил, подойдя к забору и ощущая застывшего рядом пса. Причины бояться отсутствовали, но тот четко выполнял долг. Причем в присутствии хозяина и не подумал гавкать. Стоял и наблюдал.

– Друг у меня старый, – сказал знакомый неловко, – проблемы у него. Аж из Саратова приехал, может, поможешь. – И пихнул в бок второго мужчину.

Рука в гипсе. Ну, мог бы и догадаться.

– Врачи отказываются, – снимая кепку, сказал неизвестный тоскливо, – говорят, неправильное сращение кости. Нужна операция, а то работать не будет. А сделают неудачно, и без руки остаться запросто. Константин Иванович, – вот почему смешно ему стало, имя переврал, – друг мой еще с Великой войны. Служили вместе в полку…

– Не надо это ему, – прошипел Иваныч, – не поймет.

– В письме позвал. Вроде как многое умеешь. Если надо, – полез в карман пиджака.

– Потом, – отмахиваюсь. – Зайди, гляну. Свои, – уже псу, – на место!

Тот нехотя, с достоинством удалился. Ситуация ему не нравилась. Во двор приглашала хозяйка, а с посетителями разговаривала через забор. Молодой любимец никогда такого прежде не совершал. В собачьем мозгу крутилось сомнение, однако возражать не посмел. Интонации он хорошо разбирал. Команда исключала неповиновение. Просочившихся в калитку облаивать не стал, продолжая наблюдать и готовый кинуться на защиту.