Уравнение длиною в жизнь (СИ)
- Автор: Клоденестра
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Уравнение длиною в жизнь (СИ)». Краткое содержание книги:
Как бы он был счастлив получить сейчас хотя бы самую наглую и дерзкую смс от этого идиота, а ведь раньше за то же самое ему хотелось расстрелять его. Он старался не думать о том, почему его реакция была такой глубокой и болезненной. Не думать о том, что его привязанность, похоже, была не такой уж и дружеской, как он думал до сих пор. Все это не имело значения. Ему просто было плохо и с каждым днем все хуже и хуже.
Прошла неделя.
В воскресенье вечером Мирослав был угрюм и отстранен, словно проживший целый век древний индеец. На этот раз даже «Ведьмак» не помог отвлечься. Картинки мелькали перед глазами, не затрагивая внимания, и, совершив целую кучу всевозможных ошибок, Мирослав выключил компьютер. Несколько раз прошелся по комнате: от окна к двери и обратно, потом тяжело опустился на диван и откинул голову на спинку.
Перед его мысленным взором с необычайной ясностью возникло лицо Аксенова: наглое и в то же время непередаваемо нежное лицо с задорной улыбкой во весь рот, в ушах раздался самодовольный, но такой искренний смех, по телу, словно ток, пронесся вечно ждущий, голодный взгляд терпеливых, серых глаз…
И Мирослав понял, что больше не может терпеть. Есть в этом смысл или нет, но он должен что-то сделать. Хоть что-нибудь!
Судорожно вытащив из кармана телефон, он принялся торопливо барабанить по буквам:
«Почему ты так решил?»
Нажав на «отправить», он со стоном растянулся на диване и приготовился к мучительному ожиданию.
Ответ пришел минуты через две – никогда еще ожидание не причиняло Мирославу таких жестоких, душевных страданий. Открывая сообщение, он чувствовал пульс своего сердца в руке, что сжимала телефон.
«Потому что так надо».
И как, черт возьми, это понимать?!
«Если ты нашел себе девушку, это не повод так себя вести».
«Дело не в этом».
«А в чем тогда? Я просто хочу знать. Раз уж дружбе конец».
«Долгая история. Ты ведь хотел, чтобы я оставил тебя в покое? Пусть так и будет».
Мирослав проигнорировал последние два предложения.
«Мне как раз сейчас нечего делать. Умираю со скуки. Если я сейчас приеду, ты расскажешь мне все с глазу на глаз?»
«Не надо, Мир».
«Слышь, ты, сопляк, ты заебал меня уже! Я сейчас же приеду, и ты все скажешь мне в лицо, понял???»
В ответ пришло всего одно слово:
«Хорошо».
Мирослава мгновенно сорвало с места. Через несколько минут он уже гнал по ночной трассе в сторону Большой Лубянки – туда, где жил этот проклятый щенок. Сердце неистово колотилось в груди, но он не сомневался в правильности своих действий.
Если уж решил рвать, то хотя бы объясни свои причины, тупой школотрон! Не только же тебе меня преследовать… Объяснись, кретин, и я исчезну из твоей жизни. Исчезну, если ты действительно этого хочешь…
Но, конечно, в глубине души он надеялся совсем не на такой исход разговора… Вот только признаться в этом он не мог даже самому себе. Потому что это означало нечто, чего он боялся больше всего на свете.
========== Уравнение №14 ==========
Роскошный особняк Аксеновых (двухэтажный, но необычайно огромный, с изящными, черными воротами) возвышался в темноте благолепной, золотисто-белой громадой и казался неприступным, словно крепость какой-нибудь зачарованной принцессы.
Чтобы не беспокоить родителей Ильи, Мирослав припарковался не напротив дома, а в некотором отдалении, после чего до безобразия напряженными пальцами напечатал:
«Я на месте. Выйди на пять минут, если не трудно».
«Дома никого нет, - тут же последовал ответ. – Заходи, раз уж приехал».
Такого поворота Мирослав совсем не ожидал, но, откровенно говоря, ему было все равно. Не успел он позвонить в домофон, что был на воротах, как металлическая дверь мягко щелкнула, и он беспрепятственно вошел во двор. Впрочем, двор – это, наверно, слишком слабо сказано. Это был настоящий королевский фасад – нарядный, ухоженный, с золотистыми тропинками, уводившими, должно быть, в сад, и небольшими статуями различных животных, придававшими этому месту какую-то особенную аристократическую атмосферу.
«Вот оно – царство буржуев», - с усмешкой подумал Мирослав, направляясь к парадной двери, до того большой и величественной, что в нее было даже страшно стучать. Но он, естественно, сделал это, и ему почти тут же открыли.
Хмурое лицо Аксенова сейчас же поразило его непривычной бледностью и изможденностью, казалось, будто он несколько дней не спал или ровно столько же страдал от какой-то мучительной болезни. Мирослав постарался не выдать своего шока, да, впрочем, за его реакцией никто особо и не наблюдал. Аксенов по-прежнему изо всех сил старался не смотреть ему в глаза, и это безумно действовало на нервы.
- Я не буду тебя долго парить, - серьезно сказал Мирослав. – Я просто хочу узнать…
- Пошли, поговорим у меня в комнате. Я на пороге гостей не принимаю.
И он тут же направился в сторону лестницы, что виднелась справа от входа. Пожав плечами, Мирослав скинул кроссовки и молча двинулся следом.
Внутри дом был не менее красив и просторен, чем снаружи. Один только холл на первом этаже был целым произведением искусства – Мирослав не стал его внимательно разглядывать, но одного мимолетного взгляда ему вполне хватило, чтобы в голове замелькали ассоциации, связанные с различными королевскими балами, что ему когда-либо приходилось видеть в кино. Ни один момент в интерьере не был упущен, всюду царила идеальная чистота, а мебель – неброская, в старинном стиле – довершала атмосферу прихотливой, величавой роскоши.
Дом, несомненно, был прекрасен, но, как ни странно, Мирослав, всю свою жизнь проживший в бедности, не счел его ни безупречным, ни достойным зависти. Он был слишком велик для семьи из трех человек (у Аксенова не было братьев или сестер), слишком тих и напыщен и являлся как бы подтверждением того, что роскошь не всегда означает уют и тепло.
Впрочем, Мирослав недолго думал об этом, все его внимание сейчас было сосредоточено на Аксенове, на его в высшей степени странном поведении, и окружающий мир не представлял для него никакого интереса.
Однако увидев комнату Ильи, он едва не рассмеялся. Ему сразу стало ясно, почему Аксенов так дичился, когда впервые оказался у него в квартире. Наверно, он чувствовал себя так, словно попал в дом лилипута. У Мирослава же сейчас были обратные ощущения: словно он оказался в спальне великана.
Впрочем, это и спальней-то нельзя было назвать. Скорее, огромной гостиной, в которой запросто можно было устроить вечеринку на семьдесят человек или небольшой спектакль. Мебели было совсем немного: средних размеров кровать у окна, застеленная толстым, темно-серым покрывалом, светло-бежевый шкаф-купе, почти не привлекавший внимания, черный письменный стол с множеством узких, выдвижных ящиков (и вращающийся белый стул перед ним), а также огромный телевизор на стене и маленькая бордовая софа напротив. При всем этом комната казалась невероятно просторной и уж слишком аккуратной: не хватало хотя бы одной небрежно брошенной где-нибудь вещи, хоть какого-то признака того, что здесь жил обычный, несовершенный человек, а не бездушный предмет техники.
- Тебе нравится простор, да? – спросил Мирослав, остановившись около письменного стола. – Чтобы было где разгуляться?
- Да, - сухо сказал Аксенов и больше не добавил ни слова.
Мирослав обернулся, внимательно посмотрел на него:
- Ты можешь объяснить, что с тобой происходит?
- Со мной все в порядке.
- Я в этом не уверен. Ты не заболел случайно? У тебя ужасный вид.
- Нет, - решительно отмахнулся тот. – Я здоров, как бык, не парься об этом.
- А что тогда случилось? На тебе лица нет.